Прялка стр. 2

Спонсор странички : Здесь можно купить http://innosvet.ru/index.html офисные светодиодные светильники .

Содержание:

стр. 1

"Быт и верования древних славян" М. Семенова. СПб, Азбука 2000

Иллюстрированная энциклопедия  "Мужики и бабы" Мужское и женское в русской традиционной культуре. Санкт-Петербург "Искусство - СПБ" 2005

"Вологодчина: невостребованная древность"  М.В. Суров., Вологда 2001 г.

"Язычество древних славян" Борис Рыбаков. "София" ИД "Гелиос" Москва 2002

Стр. 2

РУССКИЕ прялки

 

РУССКИЕ прялки

ВВЕДЕНИЕ
В лесной стране, каковой является Россия и каковой особенно была Древняя Русь, дерево издавна служило основным и главным материалом в устроении народного вещественного хозяйства и, следовательно, в художественном прикладном творчестве.
Деревянная северная церковь — один из лучших образцов русского искусства—находилась на вершине народной жизни. Изба, телега, скамья, укладки, скобкари, ковши, прялки, вальки, рубеля, набойные и пряничные доски, игрушки — дерево во всех его разнообразных бытовых формах — от зыбки и игрушки до гроба и намогильного креста — сопутствовало народной жизни. Трудовая рука крестьянина всегда находилась в связи с деревом: рубила, пилила, строгала, тесала, вырезывала. Дерево играло роль хлеба в хозяйственно-бытовой жизни, и народное прикладное искусство развивалось и процветало, имея дерево своей постоянной и главной материальной основой. Поэтому изучение бытового народного творчества в формах дерева должно яснее и полнее всего вскрывать наиболее оригинальные стилистические черты этого искусства.
Настоящая работа посвящена одной из характерных категорий бытовых предметов народного, искусства — деревянной ручной прялке.
Прялка имеет все основания войти в круг предметов, подлежащих вниманию и изучению исследователей и историков народного бытового искусства. Почти во всяком музее и частном собрании, имеющих целью собрать памятники народного быта и искусства, обозреватель встретит прялку. Сохранившееся в музеях количество их, сравнительно с другими предметами народного быта, дает представление о несомненной типичности этого предмета. Ручные прялки (без колеса) не утратили своего практически жизненного значения и посейчас в средней и особенно северной окраине России, где еще теплится вековой уклад народной жизни и где разрушение крестьянского натурального хозяйства идет более медлительным шагом. Будет несколько неточным (лишь в смысле преуменьшения) сказать, что в народном быту, особенно в дореформенной России, прялок было столько же, сколько и крестьянских семей. Обилие прялок в музейных инвентарях и практическая необходимость прялок в современном крестьянском быту с достаточной наглядностью свидетельствуют о широкой распространенности их в XVIII и XIX веках, когда прялка, в большинстве случаев, была не только орудием женского повседневного труда, но и произведением народного искусства. Прялка имеет основание быть изученной и со стороны качественной типичности: она ярко и богато отразила на себе печать народной художественной культуры. Постоянная спутница женской доли она привлекала к себе внимание народных художников. Девушка за прялкой — один из характерных образов старорусской крестьянской жизни. Девический быт всегда разукрашен и декоративен; прялка, стоящая рядом с пряхой, украшала ее наравне с одеждами, выишвками, бусами и лентами. Она часто являлась подарком мужчины, вырезалась и расписывалась с любовными мечтами и думами, как об этом свидетельствует ряд надписей, сохранившихся на прялках. Трудовой остов прялки несложен. В декоративной обработке он принимает разнообразные типы. Варьируются размеры прялок, формы донца, лопаски и ножки, изменя-

04. Прялка архангельско-вологодского типа. Резьба роспись по дереву.
104. Archangel-Vologda-type distaff, painted decoration.
Carved wood with


ются мотивы и сюжеты декорации, разнообразятся способы украшения — резьба, роспись — и технические приемы последних в зависимости от вкусов и творческих стремлений народных художников данного округа. Один и тот же простой процесс прядения нитей и однообразие материала не могли сами по себе вызвать столь сильных различий в облике прялок, какие мы имеем возможность наблюдать, сравнивая, например, вологодские резные копыла и ярославско-костромские прялки с контурной резьбой. Прялка давала возможность проявиться и развиться декоративному народному вкусу и чутью. Эта декоративность бытового предмета по преимуществу дает право отнести деревянную ручную прялку, наравне с пряничными досками, деревянными, наличниками, ковшами, расписанными коробьями и т. д., к группе тех бытовых предметов народной жизни, к которым вполне может быть применено монографическое изучение. Русская деревянная прялка должна послужить одним из первостепенных очень ценных и своеобразных объектов в изучении народного русского искусства. Предлагаемая работа является попыткой изучить форму и художественную декорацию русских народных прялок, определить их типы и наметить хронологическое соотношение этих типов. За основание для такого изучения принимается декоративная обработка, иконография и техника несложной конструкции прялки. Типы прялок оформлялись и развивались под влиянием местных, областных вкусов и декоративных стремлений и отчасти некоторых практических надобностей. Было бы очень желательно согласовать типы прялок вполне точно с определенными районами их возникновения и распространения, но нужно сказать, что вопрос о точном распределении прялок по областям России — весьма трудный вопрос. Если бы исследователь поставил себе целью вполне надежное и неоспоримое разрешение такой задачи, то ему необходимо было бы совершить очень сложную этнографическую поездку по России, дабы на месте, путем отдельных находок,] осмотров, наблюдений, расспросов и воспоминаний старожилов установить приблизительные границы распространения] той или другой формы прялки7. Предлагаемая работа основана в своей большей части на изучении музейных материалов. Музейные собрания прялок не дают в этом направлении почти никаких сведений. Прялки русских музеев — анонимы в географическом отношении, так как в громадном большинстве случаев покупались на торгу и у скупщиков, и приобретатели мало интересовались (а зачастую и не имели к тому возможности) вопросом, откуда получена прялка. В настоящее время отсутствие сопутствующих этнографическому предмету сведений часто ставит исследователя в очень затруднительное, а часто и прямо безвыходное положение.
Нужно надеяться, что дальнейшее собирание сведений, наблюдения и поправки, быть может, помогут выяснить этот вопрос с надлежащей ясностью и точностью. Пока же можно решительно утверждать, что распределение прялок по более или менее обширным территориальным округам, несомненно, имеет за собой твердые основания: в широко очерченных областях, как мы увидим в дальнейшем, разница в формах и декорации однородных по существу предметов, вполне очевидна. Можно отметить и сейчас некоторые губернии, в которых вырабатывался свой оригинальный тип прялки и распространялся в смежных районах. К таким центральным местам нужно отнести губернии: Ярославскую, Вологодскую, Архангельскую; в последней могут быть выделены даже уезды.
Те весьма небогатые данные о местонахождении и приобретении прялок, что сохранились в музеях вместе с дополнительными сведениями, полученными при
105 Городецкое донце. Фрагмент. Резьба по дереву с инкрустацией.
105. Gorcdets-type distaff seat. Detail. with inlay.
Carved wood

Настоящей работе, позволяют все главные типы прялок отнести к северным губерниям России: Ярославской, Костромской, Тверской, Архангельской, Вологодской; эту группу губерний надо считать главным очагом деревянных ручных прялок, основным местом их производства и бытования.
Вопрос о переходных формах приходится до времени оставить в стороне за отсутствием доказательных материалов. Следует еще добавить, что исследование палеографических, эпиграфических и литературных материалов (надписи, стихи, народный язык и т. д.), представляемых прялками так же, как и многими другими предметами народного быта и искусства, должно составлять особую (совершенно еще не тронутую) задачу в области исследования русского народного языка и не входит в рамки предлагаемой работы. Для настоящей работы автором были осмотрены, частью сфотографированы и зарисованы прялки и донца следующих музеев: в Москве — Российский Исторический музей, отделение П. И. Щукина; Государственный Румянцевский музей (этнографическое отделение); Кустарный музей бывш. Московского Губернского земства (музей образцов); Художественно-промышленный музей при Строгановском училище (ныне расформированный); в Ярославле — Ярославское древнее хранилище; в Ростове — музей Белой Палаты; в Новгороде — музей древностей; в Пскове — музей псковского Археологического общества; в Угличе— музей царевича Дмитрия; в Киеве — Художественно-промышленный музей; в Казани — Научно-промышленный музей; и Твери — Тверской музей; во Владимире— музей, архивной комиссии; в Вологде— музей Славянского кружка любителей изящных искусств; в Архангельске— городской музей и некоторые частные собрания.

ТЕХНИКА
Прежде чем перейти к обзору технической стороны прялочной декорации, необходимо сказать несколько слов о конструкции прялки и о тех терминах, которыми обозначается она и ее отдельные части.
Трудовой остов прялки, как уже было указано, очень несложен. Деревянная ручная прялка состоит из двух главных частей: вертикальной части (лопаска и ножка), куда привязывается кудель, и горизонтальной (донце), где сидит пряха. Вертикальная часть прялки вставляется (втыкается, как, например, в прялках ярославского типа, или ввинчивается, как в прялках тверского типа) в возвышение или подножку, «гнездо», сделанное в одном конце донца. В некоторых типах прялок (например, в вологодских или ярославско-костромских) горизонтальная и вертикальная части вырезываются из одного цельного дерева, из той нижней части ствола; где он вместе с корнем дает прямой или приблизительно прямой угол. Такие цельные прялки получили в народном быту северных русских губерний наименование прялок-копыл. Название «копыл» относится, собственно, к дереву с корнем, но позднее название это стало синонимом слова прялка. Словом копыл или копылка в народном быту именуют часто и составную прялку, то есть со вставленной в донце вертикальной частью. Термин этот встречается закрепленным в вырезанной надписи на отдельном донце: «сей копыл деревни опальнева анны михаилавны сопъственна ея». (Исторический музей № 49949) *.
Вертикальная часть прялки состоит из двух частей: лопаски и ножки. Лопаска имеет в большинстве случаев фигуру четырехугольника (прямоугольника, трапеции, ромба) различных размеров; это или довольно большая доска, как, например, в Вологодских копылках, или очень маленькая, как, например, в составных прялках Ярославского типа. К лопаске привязывается на стороне, обращенной к донцу, кудель. Лопаску называют еще «лопаткой» (Вологодская и Архангельская губерния) или «головкой» (Костромская губ.). Ножка прялки имеет чисто конструктивную задачу: поддержать лопаску. Она встречается различных форм (плоская, в виде столба, прорезная и т. д.). Донце представляет собой нижнюю горизонтальную часть прялки — доску, предназначенную для сиденья. Пряха сидит, обыкновенно, на краю донца. Прялка имеет в народном быту несколько местных обозначений — например, «пряслице» (Вологодская губ.), «пряха» (Костромская губ.), «точенка» (Новгородская и Тверская губернии). В одной надписи на архангельско-вологодской расписной копыле прялка названа «пресница». В Смоленской губернии прялку-копылку, в отличие от составных называют «копаная», заключая в этом названии намек на выкопанный корень дерева, послуживший прялке донцем. В Новгородской губернии употребляется название «коренюха», применяемое к прялке-копылу.
Существует без сомнения и еще ряд местных обозначений прялки и ее частей; но разыскание этих названий не входило в задачу настоящей работы. По характеру декоративной обработки народные русские прялки можно разделить на две главные группы: расписные и резные. Последние, если можно со-


* Здесь и далее надписи на предметах приводятся по рукописям В. С. Воронова.
Фрагмент прялки ярославского типа. Контурная резьба.
Фрагмент прялки вологодского типа. Рельефная резьба.

Outline carving.
107. Detail from Vologda-type distaff. Relief carving.

слаться на сохранившийся в отечественных музеях крестьянский хозяйственный инвентарь, по-видимому, численно преобладают. Третья, дополнительная или промежуточная группа, носит смешанный характер обработки: это прялки резные-расписные или расписные-резные, смотря по тому, какой из элементов украшения преобладает. Смешанный характер декоративной обработки (роспись и резьба) нужно признать случайным. Обыкновенно, тип прялки неотъемлемо соединен с каким-нибудь одним способом украшения: например, прялки Ярославско-костромского типа украшены контурной резьбой, и роспись на них почти не встречается; прялки архангельско-вологодского типа украшены росписью, и резьба на них — явление лишь эпизодическое. Но смешение или соединение росписи с резьбой встречается почти во всех типах — и это побуждает обозревателя отметить промежуточную группу.
Резьба и роспись, применяемая в декорации народных прялок, достаточно разнообразны с технической стороны, и это дает возможность подразделить их на несколько отдельных видов.

РЕЗЬБА НА ПРЯЛКАХ
Резьба контурная. Резец — чаще всего простой острый нож — четко и смело очерчивает на доске тонкий контур изображения, прокладывая на поверхности дерева с двух приемов узкую двугранную канавку — порезку. Этот вид резьбы применен в украшении прялок ярославско-костромского типа (с широкой и плоской дощатой вертикальной частью), на которых изображены человеческие фигуры, петухи, башня, двуглавые орлы, столы, самовары и прочие детали декорации, имеющей жанровый пошиб. Графика этой резьбы отличается четкостью и твердостью линий, некоторой характерной заостренностью их и прямолинейной схематизацией всех изображений. Несложная орнаментация в виде черточек, сетки, скобок, малых треугольников, дополняющая жанровые изображения, делается тем же способом (детали одежды, порезки на стенах и крышах башни, боковая каемка на ножке, пояски и т. д.). Почти постоянно к прямолинейным присоединяются орнаментальные порезки (подзоры, каймы), сделанные выгнутым (полукруглым) резцом, равно как и небольшие дополнения в характере мелкой трехгранно-выемчатой резьбы. На некоторых прялках с контурной резьбой сохранились прямолинейные и циркульные царапины, которые намечали общие линии предполагаемого 'изображения. В украшении прялок чисто геометрическим или растительным узором этот вид резьбы почти не применялся. Резьба рельефная. Фон рисунка несколько углублен; изображения (жанровый сюжет или растительная орнаментация) выполнены низким рельефом; они носят в большинстве случаев натуралистический характер; в них много подробностей, мало декоративности. Этот вид резьбы употребляется на прялках ярославско-костромского типа с жанровым характером украшения (чаепитие, всадник, беседка, птицы и т. д.). Сравнительно редко рельефная резьба встречается на прялках вологодского типа с растительным орнаментом и, в виде неудачного исключения, на донцах. Резьба выемчато-трехгранная. Этот вид резьбы — древнейший, искони народный, наиболее распространенный, простой и связанный исключительно с геометрической орнаментацией — является одной из первейших ступеней народного декоративного творчества. Выемчато-трехгранной техникой богато разработаны фигуры квадратов, треугольников и, главным образом, кругов — древнейшего графического символа солнца. В этой примитивной резьбе большую роль играет треугольник, как простейшая геометрическая фигура, дающая возможность при употреблении простого и прямого резца, сделать выемки на доске. Из поверхностного слоя доски вырезаются в известном ритмическом порядке и сочетании маленькие трехгранные пирамидки, сообщающие дробную перемежающуюся углубленность доске. Глубина вырезок в общем незначительна, но разнообразна, в зависимости от строения узора. Различная глубина и порядок трехгранных выемок придают простой доске богатую узорчатость. Плоскость доски, геометрически разграфленная и углубленная трехгранными выемками, получает разнообразную и живую игру теней, продолжая сохранять свою художественную цельность как плоскость. Господствующим мотивом выемчато-трехгранной резьбы является круг, богато расчлененный на секторы и сегменты, покрытые, узорами. Этот вид резьбы развит преимущественно на прялках вологодского типа с большой лопаской и составляет их оригинальную художественную ценность. Столь же часто и широко эта резьба употребляется на донцах с геометрической орнаментацией, на маленьких лопасках ярославских прялок и вообще в той или иной доле имеет место почти во всех типах русских народных прялок, равно как и на всех других деревянных изделиях народного бытового искусства. Резьба скобчатая (с инкрустацией). Техника скобчатой резьбы — одна из наиболее интересных среди видов резьбы на прялках. Этой резьбой украшены, главным образом, донца из-под гребней (для чесания и прядения льна) или швеек. Техника скобчатой резьбы состоит в том, что резчик-декоратор наносит на доску выемки в форме скобки, так или иначе изогнутой и слегка скошенной в глубь доски. Этими скобчатыми выемками, как смелыми мазками кисти, он крайне схематично и лаконически изображает людей,


109 выемчатая резьба.
фрагмент Городецкого донца. Скобчатая резьба с
инкрустацией.

carving.
109. Detail from Gorodets-type distaff seat. Bracket-pat¬tern carving with inlay.

жнвотных, птиц, цветы; причем основной остов изображения (корпус коня, человека, птицы) делается способом инкрустации, а скобчатыми выемками резчик дополняет, округляет и заканчивает изображение. Принцип широкой декоративности характерен для этой лаконической резьбы; она всегда дает остроумное обобщение и тонкую орнаментальность форм; натурализм изображения совершенно исчезает; несложный жанровый сюжет рассматривается, как пышный торжественный узор. Многоопытная меткая и твердая, почти безошибочная рука резчика достигает поразительной свободы и четкости форм. Всадники, барыни, цветы, листва, кареты, птицы, различная орнаментика плавных и мягких линий — вся декорация донцев состоит из художественно-логического соединения темного инкрустированного дерева (мореного дуба) и волнующихся, плавных и широких, скобчатых выемок.
Кроме инкрустации, присущей технике скобчатой резьбы, на этих донцах встречается еще выжигание пли, вернее, паление дерева; некоторые углубления резцом в дереве прожжены, спалены и это придает донцу своеобразный колорит; плоскость получается четырехцветная: вставка, нетронутое дерево фона, вырезки и спаленое дерево.
 

РОСПИСЬ НА ПРЯЛКАХ.
Значительная группа народных прялок по характеру своей красочной декорации в музейных описях получила название расписных прялок. Краски, по-видимому, в меньшей степени, нежели резьба, но все же в значительной доле, употреблялись, как средство украшения народных русских прялок.
Техника красочной декорации, примененная к прялкам, и стиль изображений не всегда однородны и нуждаются в некоторой классификации. Красочную обработку народных прялок представляется возможным разделить на четыре вида. Живопись индивидуальная. Образцов ее немного; это прялки случайных авторов, быть может, не чуждых иконописи, быть может; - просто провинциальных дилетантов-художников. Живопись имеет уклонение к натуралистическому характеру изображения; краски ее неярки и мазок колористичен; рисунок более или менее правилен в академическом смысле; композиция плохая. Иногда в картине, нарисованной на лопаске, видны следы иконописного стиля, например, в мебели, поставленной в своеобразной монументальной перспективе (Исторический музей № 35374), в системе складок одежды и т. д. Возможно, что в некоторых человеческих фигурах и лицах есть стремление к портретности.
По общему картинному (в характере станковой живописи) виду и по некоторым деталям, например, рисунок драпировки, а также и по колористичности раскраски, эту живопись следует отнести не к деревенской народной, а к провинциальной, мещанской, быть может, усадебной России, вкусившей кое-что от городского картинного искусства. Часто прялочной картинке сопутствуют надписи в стихах; так, например, на прялке Исторического музея (№ 43727), датированной 1781 годом, над изображением всадника, скачущего в горах, написано: «Сижу я на борзом коне ито необузданъ по горамъ по холмам везде конь стрекаетъ оумъ мои разбиваетъ где бы ине нады везде поспеваетъ»; на этой же лопаске еще надпись: «юнось моя юнось безпечальное время куда ты стремишься куда ты летишь, скоро придет твоя старость будь поумнъя живи поскромнъя». На прялке № 42677 (там же) над натуралистическим изображением прядущей женщины написана песня: «пряди моя пряха пряди неленися я бы рада пряла меня вгости звали». Но, повторяю, образцов указанного характера росписи мало и сказать о нем что-нибудь более объединяющее представляется затруднительным. Во всяком случае, общий характер живописи этих одиноких прялок выделяется из среды общей массы народных прялок своей незначительной декоративностью, тусклыми красками и некоторыми академическими качествами рисунка, не свойственными общему стилю народного искусства.
Живопись декоративная. Этот вид живописи встречается, главным образом, на широких донцах из-под гребней и швеек и является весьма интересным по своим художественным достоинствам. Некоторая зависимость этой живописи от русских иконописных стилей и традиций представляется весьма вероятной. Живопись декоративная в своей стилистической основе характеризуется полным отказом от натурализма, преобладанием общей композиции над деталями, широкой схематизирующей линией изображений, отсутствием предварительного контура. В декоративной прялочной живописи заметны хорошие стилистические традиции: формы красочных пятен играют основную роль в композиции; светлые оживки хорошо подчеркивают общее строение и направление масс и дают жизненное движение изображаемому; отсутствуют мелочность и натуралистическая деталировка. Яичные краски довольно ярки, многотонны и почти всегда обладают большой силой гармоничного и яркого колорита.
Сюжеты не имеют большого разнообразия; вероятно, в их традиционности заключается и технический успех; небольшой объем изображаемого дает возможность твердого развития художественных средств выражения. Декоративная живопись на прялках смела и решительна в приемах исполнения, ибо точно ограничена в своих эстетических элементах, имеет устойчивость традиций. Красочный


111 Фрагмент прялки вологодского типа. Резьба с
раскраской
111. Detail from Vologda-type distaff. Painted wood carving.

мазок кладется на доску в характерном живом и смелом рисунке. Конь, птицы, цветы, человеческие фигуры—все элементы декорации получили орнаментдльность и малоподвижные очертания. Рука мастера-декоратора, облеченная долит опытом, твердо и стилистически однообразно декорирует плоскость доски. Особенно хорошо изображаются всадники с изящным и сильным контуром коней; логична и тверда светлая оживочная расцветка общих (более темных) пятен цветов и листвы; гирлянды орнаментальных цветов хорошо скомпонованы. В живописи этой категории несомненно присутствие мастеров-художников, много работавших над созданием и развитием какой-нибудь композиции и достигающих в ней большого художественного совершенства.
Почти одинаковые по сюжету и стилю донца, находящиеся в музеях, подтверждают это своеобразное художественно-ремесленное творчество. (Например, донца № 25456 и № 32231, донца № 30874 и № 23775 Исторического музея.) Роспись с контуром. Этот вид красочной декорации русских прялок наиболее широко распространен. Росписью с контуром украшены прялки архангельско-вологодского типа. Эта роспись при сопоставлении с другими видами прялочной живописи выделяется тем, что имеет ясно видные контуры изображений (черного тона или сепии), нанесенные на доску, по-видимому, кистью. Роспись производится яичными красками по белому загрунтованному фону. Краски цельны и ярки; наиболее употребительные цвета — красный, зеленый и желтый; иногда употреблялось золото и черная краска. Живопись проолифена. Характер изображений мелкий; лопаска почти всегда расчленена на ряды прямоугольных обрамлений, заключающих локализированные изображения. В художественном навыке декоратора нет широкой живописной техники, при которой легко было бы изображениями в более крупном масштабе заполнить всю лопаску. Кисть мастера-художника не производит самостоятельных мазков, определяющих (так сказать, рисующих) изображение, а заполняет краской, раскрашивает части плоскости, предварительно оконтуренные. Орнаментации в этом виде живописного украшения довольно много; она так же мелка и дробна по рисунку и имеет почти в одинаковой доле и геометрический и растительный характер. Рисунок контура, так ясно выделяющийся в этом виде прялочной живописи, нужно признать достаточно живым, метким и легким, с постоянным уклоном к реализму. Слабые стороны его сказываются, главным образом, при изображении живого мира. Фигуры людей и животных в жанровых сценах нарисованы в общем неровно и вяло, хотя и встречаются среди них яркие и четкие образы. Классическая картина чаепития, столь часто повторяющаяся на прялках, художественно-технически разработана и является в нескольких характерных и устойчивых вариациях. Фигуры домашних животных часто малохарактерны; даже конь, мотив весьма частый в народном изобразительном искусстве и всегда талантливо и остроумно решаемый, в данной росписи не имеет ни метко натуралистических, ни широко декоративных очертаний. Различные детали изображений (собака, курица, солдат, деревце) часто имеют случайный и маловыразительный характер. В контурах видна мастерская рука, укрепленная очень долгой традицией. Но все же графика ее не поднимается до художественных высот декоративной живописи. Интерес и художественный смысл этой росписи заключается в мелочной раздробленности красочных ярких пятен, дающих прялке богатую, звучную и пеструю узорчатость коврового характера. К охарактеризованному виду красочного украшения росписи с контуром я условно отношу и декорацию расписных прялок мезенского типа, в которых роспись одноцветной краской (фигуры коней, оленей и птиц) своеобразно сочетается с каллиграфическими орнаментами, нанесенными пером. Этот орнамент густым кружевом покрывает почти всю прялку, окрашенную в желтый тон. Раскраска. Этот способ пользования красками (яичными и иногда масляными) в декорации прялок наиболее простой и, пожалуй, наименее целесообразный. Он заключается в раскрашивании резьбы, имея, так сказать, дополнительный характер. Цельными тонами красок (синим, красным, желтым, зеленым) резьба расцвечивается обычно довольно сдержанно; мелочная пестрота отсутствует; под одну краску попадают довольно значительные участки резьбы, чаще всего геометрической. В некоторых случаях эта раскраска бывает очень груба и небрежна. [...] Изящные контуры этой резьбы покрываются краской, причем зачастую контур и окраска не совпадают; рисунок сбит. Часто ярославско-костромские прялки окрашиваются сплошь в один цвет — зеленый, голубой и их оттенки; иногда при этом употребляется золото. Наиболее оригинально задуманной и художественно связанной с резьбой является раскраска на донцах скобчатой резьбы; там она бережна в исполнении и имеет своеобразные колористические гаммы. Раскраска встречается довольно часто на прялках вологодского типа, на более поздних экземплярах; там она имеет темные тона (темно-желтый, коричневый, темно-красный) и обычно ослабляет прекрасную и логичную декоративность выемчато-трехгранной резьбы. Ясно выраженные по характеру декорации (резьба или роспись) типы народных прялок заставляют предполагать, что раскраска резьбы почти во всех прялках есть явление случайное и позднее.

типы прялок
На всех рассмотренных прялок северной России можно выделить семь характерных типов.
Эти семь разнообразных видов прялок, имея свою типично выраженную общую конструкцию и отличительную декорацию, а также и известное количественное распространение в определенных районах, могут считаться достаточно характерными и определенными для того, чтобы обозначить их, как типы. Для наименования типов прялок наиболее удобно будет воспользоваться географическими терминами, указав характерные признаки каждого типа прялок на основании общего строения и декорации. Если предлагаемые географические наименования и не будут абсолютно точны в том смысле, что ярославская прялка, например, может быть наблюдаема и в Тверской и в Вологодской губерниях, то но всяком случае обозначения эти относительно верно и точно (насколько это возможно для бытовых предметов народного искусства, часто не имеющих точных территориальных границ) обозначают главные области возникновения, производства и распространения данного типа прялок. При обозначении типов прялок географическими названиями я принял за основу схему, предложенную А. А. Бобринским в его указателе к изданию «Народных русских деревянных изделий»

*, изменив А. Бобринский. Народные русские деревянные изделия. Предметы домашнего, хозяйственного и отчасти церковного обихода. Вып. 1 —12. 1910—1914.


некоторые наименования соответственно собранным сведениям и попытавшись придать классификации необходимое единообразие.
Вот перечень тех северных прялок, которые далее будут подробно охарактеризованы со стороны конструкции и декорации.
Ярославский тип (прялка резная, составная из двух частей, прорезной столбец, малая лопаска).
Ярославско-костромской тип (прялка резная, копыл, дощатая ножка, прорезная ромбовидная лопаска). Вологодский тип (прялка резная, копыл, большая лопаска, узкое донце). Архангельско-вологодский тип (прялка расписная, копыл, большая лопаска, узкое донце).
Поморский тип (прялка резная, составная из трех частей, точеная ножка, узкая лопаска) .
Мезенский тип (прялка каллиграфически расписная, копыл, большая лопаска, узкое донце).
Тверской тип (прялка резная, составная из двух частей, точеная ножка, узкая лопаска).
В дальнейшем изложении будут даны подробные характеристики каждого из семи типов народных прялок северной России. В этих описаниях будут соединены все данные, полученные при собирании соответствующих материалов.
 

ЯРОСЛАВСКИЙ ТИП
Прялки ярославского типа выделяются из среды других стройностью своей общей конструкции и дробной узорчатостью резной декорации. Силуэт ярославской прялки с прорезной и резной ножкой-столбцом и малой лопаской, мелко орнаментированной, строен и легок; при сравнении с тяжелыми и несколько неуклюжими вологодскими резными копылами ярославская прялка производит впечатление изящности и даже некоторой хрупкости.
Конструкция ярославской прялки не отдает предпочтение лопаске, как декоративному центру прялки; лопаска маленькая, в среднем — четвертая и даже пятая часть общей высоты прялки; она имеет форму прямоугольника, несколько расширяющегося книзу; на боковых сторонах ее — зубчатые вырезы для привязывания кудели; в нижней части по бокам имеются небольшие ушки, к которым привязывается костяное или металлическое колечко (или «перстенек»), надевающееся на острый конец веретена, чтобы не разматывалась нить *. С помощью двух дугообразных вырезов на нижней горизонтали лопаски и небольшого перехода в виде овала, украшенного розеткой или «косицами», лопаска соединяется с ножкой. Украшена лопаска несложным геометрическим орнаментом, чаще всего горизонтальными узорными полосами, сетчатыми узорами, реже — комбинациями кругов и звезд. Обратная сторона не орнаментирована. Резьба выемчато-трехгранной техники. Наиболее характерной частью в строении прялки ярославского типа является ножка. Она имеет вид прорезного столбца с квадратом в основании. Столбец постепенно суживается кверху и украшен несколькими горизонтальными рядами (число их доходит до 25) оконцев, прорезанных насквозь и орнаментированных ширинками, зубчиками и разного направления наклонными чертами-нарезками. Часто столбцы ярославских прялок украшены несколькими ярусами (3, 4 или 5) колонок, заштрихованных резцом, с широкими орнаментированными перехватами. В некоторых случаях ножка ярославской прялки лишена сквозных

* При Ярославских музейных прялках, кроме «перстенька» и веретена, часто можно видеть воткнутое в лопаску небольшое зеркальце в резной медной оправе с коньками, украшенное бусами. (Примечание автора.)

прорезей и имеет вид цельного четырехгранного столбика, суживающегося кверху и орнаментированного мелким геометрическим узором. Ярославская прорезь — довольно сложная по композиции и очень искусно выполнена. Прорезная декорация ножки-столбца имеет ряд вариантов. Лопаски и подставки этих вариантов имеют более сложную и вычурную фигурацию.
Прялка ярославского типа состоит из двух частей или, иначе говоря, вставная. Донце сработано из отдельной доски, имеет прямоугольную правильную форму (отклонений от этой формы — незначительное количество) с декорированными порезками и пирамидально-усеченным возвышением с одной стороны для вставления ножки. Донце ярославской прялки сравнительно редко украшено; украшение сводится к очень несложной резьбе (орнаментированный круг, горизонтали) в какой-нибудь небольшой части донца, обыкновенно ближайшей к гнезду. Длина донца в среднем 14 вершков; ширина — 3,5 вершка. Прялка устойчива Общая высота прялки в среднем — 1 аршин 1 вершок. Среди прялок ярославского типа очень мало датированных. Наиболее ранняя, встретившаяся мне,— 1797 год. (Исторический музей № 33640.)

ЯРОСЛАВСКО-КОСТРОМСКОЙ ТИП
Ярославско-костромской тип русской прялки имеет свое, весьма характерное обличье и по строению и по украшению Центральным местом декорации ярославско-костромской прялки являются лопаска и ножка, обычно связанные общим мотивом резной контурной декорации Характеризуемая прялка-копыл имеет удлиненную ромбовидную лопаску, украшенную в верхней ее части сквозной резь бой. Постоянным мотивом этой прорезной
112 Прялка Ярославско-костромского типа. Резьба по дереву.
112. Yaioslavl-Kostroma-type distaff. Carved wood.


служит дерево-елочка, нижние ветви которой орнаментируются как склоненные головы коней; на ветвях елки симметрично по обеим сторонам сидят птицы, повернутые головками в разные стороны, за исключением верхней пары, обращенном к вершине елки. Вершина увенчана двуглавыми орлами с короной и с высокими острыми крыльями. В нижней, несквозной части лопаски исполнен контурной резьбой двуглавый орел (или его орнаментальное подобие), хорошо заполняющий эту часть лопаски и обыкновенно помещаемый на шпиле высокой башни, архитектурные контуры которой приходятся уже на плоскости ножки. Дощатая ножка ярославско-костромской прялки имеет форму высокого и узкого равнобедренного треугольника, равные стороны которого несколько выгнуты изнутри. Эта большая плоскость довольно обильно украшена четкой и тонкой контурной резьбой. В верхней части ножки изображена высокая башня стилистически своеобразной архитектуры, в несколько ярусов, с выгнутыми крышами, рядами окон, иногда увенчанная шатром и шпилем, иногда — подобием церковной лавы-луковицы; вершину покрытия заканчивает большой острокрылый двуглавый орел, помещаемый уже на лопаске. башня в большинстве случаев украшена большим циферблатом часов. Трудно сказать, какой архитектурный образ был отправной точкой для этой декорации. Можно предполагать, что ярославские и костромские резчики, бывая в Москве, вдохновились какими-нибудь московскими строениями (Спасская башня, Кремль, Сухарева башня) и их пытались графически запечатлеть на деревенских прялках. Башня с часами богато испещрена различными мелкими линейными нарезами.
Под горизонтальным подзором, заканчивающим рисунок башни, обыкновенно изображается чаепитие — один из любимейших сюжетов в резьбе и росписи прялок. За столом, на котором стоит фигурный самовар и чашки, сидят (или стоят) по бокам две фигуры (обычно женские), в узорчатых платьях, иногда с цветками в руках. Чаепитие — символ счастливой жизни, почти идеальный мотив отдохновения в днях трудовой жизни. Самовар, как признак достатка, и мечта о самоваре еще недавно не была чужда бедной деревне. Эта мечта нашла себе богатое и разнообразное художественное выражение в декорации прялок. Под этой жанровой картиной, снова отделенной горизонтальной орнаментированной чертой, изображены в профиль две птицы (по большей части петухи) головами одна к другой, разделенные деревом, кустом или цветком. Это изображение еще раз подчеркнуто горизонтальной орнаментацией.
Таков общий тип украшения ножки ярославско-костромской прялки. Встречаются, разумеется, и многообразные уклонения от этой схемы декорации. Так, например, на лопаске иногда изображены вместо орла орнаментированные круги и части их; на ножке вместо башни — беседка; чаепитие иногда повторяется два раза, самовар в нескольких случаях заменен штофом; вместо петухов в нижней части ножки — всадник, поясные фигуры военных, хоровод, сани с лошадью и т. д. Донце ярославско-костромской прялки-копыла имеет неопределенные и неправильные очертания, зависящие от формы корневища или сука. В профиль ярославско-костромская прялка имеет в большинстве случаев тупой угол, так как вертикальная ее часть (ножка и лопаска) почти всегда сильно выгибается вперед; кроме того, вертикаль прялки не всегда симметричная; во многих случаях она искажена природой дерева. Прялки эти чаще всего вырезались из березы. Общая высота прялки варьирует в размерах от аршина с четвертью до 1 аршина. Высота лопаски в среднем 6—7 вершков. Ширина ножки внизу — 4 вершка.
Резьбу на ярославско-костромских прялках по ее технике нужно отнести к двум: видам: контурной и рельефной. Контурная резьба количественно преобладает, и в мотивах ее больше устойчивости и однообразия. Рельефная резьба встречается реже; сюжеты ее приблизительно те же; что и контурной резьбы, но общий характер несколько отличен. Если контурная резьба скорее отражает нам Россию деревенскую, то образы рельефной резьбы носят печать помещичьей, усадебной России: это заметно в архитектуре (черты; ампира и барокко) беседки, в формах столов и кресел, в покрое платья пьющих чай и т. д. Несколько весьма характерных прялок такого усадебного стиля сохраняются в Историческом музее (№ 42063, № 42452). В отдельных случаях рельефной резьбой на ярославско-костромской прялке исполнен растительный орнамент на всей лицевой стороне прялки (Исторический музей № 15867, 15868Ш). Иногда ярославско-костромская прялка расписана (Исторический музей №42270 — ваза и растительный орнамент) красной и черной краской по зеленому фону. Все эти единичные отклонения в декорации ярославско-костромской прялки нисколько не нарушают ее общего, хорошо установившегося типа. Описываемая прялка часто бывает окрашена масляной краской голубовато-зеленого цвета (Историчекий музей №№ 40858, 40946). Иногда контурная резьба раскрашивается несколькими красками, обыкновенно очень небрежно и грубо (Исторический музей №№ 42450, 42453). Эта раскраска — позднейшего происхождения.
Среди прялок ярославско-костромского типа встречаются очень много (сравнительно с другими типами) датированных. Вырезанные цифры входят в лицевое украшение этой прялки как элемент композиции; обычно они помещаются или над изображением чаепития или на лопаске около двуглавого орла. Наиболее ранняя дата, встреченная мной, — 1798 год


113 Прялка ярославско-костромского типа Контурная резьба.

114 Прялка ярославско-костромского типа. Рельефная резьба.

113. Yaroslavl-Kostroma-type distaff. Outline carving.
114. Yaroslavl-Kostroma-type distaff. Relief carving.

русские прялки
(Исторический музей № 15873Щ). На многих прялках этого типа стоят номера тоже как элемент контурного узора, свидетельствуя об их принадлежности мастерам или мастерским, где они изготовлялись. Образны такой нумерации имеются на некоторых прялках бывшего музея Строгановского училища, Исторического музея, бывшего музея Московского губернского земства, Тверского музея.

ВОЛОГОДСКИЙ ТИП
Тип резных вологодских прялок-копыл также можно считать хорошо выраженным со стороны конструкции и декорации. Вологодская резная прялка прежде всего выделяется своими размерами; она значительно выше прялок всех других типов. В Историческом музее имеется вологодская прялка (№ 34593) высотою в 1 аршин 9,5 вершка; нередки прялки, имеющие высоту 1 аршин 8 вершков — 1 аршин 7 вершков; средней высотой вологодской копылы нужно считать 1 аршин 5 вершков. При значительной высоте прялка вологодского типа имеет сильно развитую лопаску, большую, чем во всех остальных типах, что придает ей своеобразный, характерно-грубоватый облик. Лопаска этого типа по своей высоте занимает большую половину общей высоты прялки и довольно широка — 5 вершков, б и более. Она занимает центральное место в художественной обработке северной прялки. Вся художественная конструкция прялки этого типа построена на преобладающем значении высокой и широкой «лопаты», представляющей большую и выгодную площадь для резной декорации. Форма лопаски — прямоугольник, обычно имеющий небольшое расширенно книзу. Верхняя горизонталь лопаски украшена рядом зубцов или «городков» стреловидной, ромбической или круглой формы. По краям лопаски —вырезы для привязывания льна.
Ножка вологодской прялки имеет два основных варианта: прямой и узкой конструктивной поддержки (в форме простого или фигурного столба) или дощатой, иногда прорезной, представляющей по своим очертаниям постепенный переход от нижней горизонтали лопаски к корню вертикальной части прялки, где она под прямым углом переходит к донцу. В последнем случае широкая и плоская (фигурная) ножка получает орнаментацию, заканчивающую декорацию лопаски. Общий силуэт вологодской копылы при дощатой ножке принимает еще более громоздкий и мужественный характер. Узкое листовидное донце не дает вологодской прялке устойчивости; очень часто ее нельзя поставить: грузной вертикальной части прялки нет надлежащей опоры. Вологодская прялка вырезана из цельного дерева. По общему виду своему она несколько неуклюжа благодаря как будто непропорциональному развитию лопаски, но в ее очертаниях есть красота суровой примитивной линии, столь подходящей простому материалу и простым орудиям обработки. При сравнении с вологодской резной копылой прялка ярославского типа, например, стройная и мелкоузорчатая, производит впечатление почти игрушки.
Материалом для вологодской прялки служили сосна и ель, дерево, малоудобное для тонкой резьбы.
Резьба, украшающая вологодские прялки, принадлежит к двум видам: рельефной и выемчато-трехгранной. Рельефная резьба на вологодских копылах сравнительно редка и составляет украшение более поздних и менее характерных экземпляров этого типа. Мотивами ее служит, главным образом, растительный орнамент в виде густой пальчатой листвы, сплошь покрывающей лопаску, и находящихся среди нее характерных птиц-уточек (№№44302, 15863Щ). На прялках вологодского типа развита и составляет ее типичное украшение гео-

Прялка вологодского типа. Резьба по дереву.


метрическая орнаментика выемчато-трехгранной резьбы.
Резьбой обычно покрываются лопаска и ножка с лицевой стороны. Обратная сторона украшается сравнительно редко и всегда с большой сдержанностью. Лицевая поверхность лопаски покрывается резьбой обильно и богато, но художественный инстинкт резчика-декоратора всегда подсказывал ему чувство меры, и он редко перегружает плоскость лопаски орнаментацией. На вологодских «лопатах» почти всегда остаются части не тронутой резцом доски как элементы композиции. Художник-резчик не уничтожает и не скрывает плоскости, на которой он вырезает свои узоры; нетронутые глади доски подчеркивают резьбу узора и придают ему декоративную ценность. Обычно большая доска вологодской лопаски делится на несколько частей, причем каждая часть имеет свой узор, выгодно отличающийся от соседнего или большей широтой своих линий или неодинаковой глубиной выреза. Орнаментика при таких условиях не теряет характера жизненности, не превращается в безличную и однообразную сеть линий, ровным узором покрывающих всю поверхность доски. При обзоре геометрической выемчато-трехгранной резьбы на вологодских копылаx необходимо отметить, что главным мотивом ее является круг (или розетка), площадь которого расчленена на разнообразные участки резьбы. Этот круг служит как бы типическим знаком, отмечающим народную орнаментику на дереве. И розных северных прялках (вологодских и поморских) он встречается постоянно и занимает среди узоров первенствующее место, как по количеству своему, так и но декоративному значению. Почти ни одна резная прялка северных губерний России не обходится без этого элемента, потребленного в той или иной доле. В вологодских лопасках орнаментированный круг играет главную роль; вся геометрическая декорация развертывается и строится вокруг этого центрального и основного мотива и заключается в различных сопоставлениях и сочетаниях этого элемента. Круги розетки украшают прялку поодиночке, группами различной численности и, наконец, однообразным или разнородным множеством. В зависимости от характера узора круги бывают различных размеров, разделяются на половины, разъединяются на секторы, расчленяются на сегменты, украшая в таком усеченно-детальном раздробленном виде углы и части декорируемой плоскости. Внутреннее расчленение этих кругов не поддается точному описанию; отдельных вариантов этого расчленения можно указать едва ли не сотни. Преимущественно эта разбивка имеет лучистый характер и связана с центром окружности. Древнее стихийное содержание светится и сквозит через внешнее и однообразное геометрическое обличье этого размноженного узора.
Розетки и круги — древний языческий символ солнца — зародились в народной орнаментике очень давно и сохраняются с позабытым символическим значением и по сие время.
Этот характерный орнамент указывает на то, что основа геометрического народного узора заключена в символическом изображении явлений природы и что первичная чистая стадия этой орнаментики далека от позднейшей механической геометризации.
Вслед за орнаментированными кругами видную роль в народной резьбе выемчато-трехгранной техники имеют полоски или пояски, носящие уже чисто геометрический характер. Они служат окаймлением, покрывают лопаску горизонтальными рядами, чередуются с орнаментированными кругами, так или иначе разделяют участки резьбы, разнохарактерной по масштабу, глубине выреза и направлению линий. Полосы эти обыкновенно украшены несложно: рядами вертикальных или наклонных порезов («прями» и «косицы»); разбиты на смежные квадраты, разделенные одной или двумя диагоналями; заполнены рядом ромбиков или треугольников; расчленены многочисленными вариациями углубленных треугольников.
Сравнительно редко встречаются в резной декорации вологодских прялок кривые линии: спирали, дуги, сердцевидные очертания и т. д.
Геометрическая резьба на вологодских прялках иногда (в позднейших экземплярах) соединяется с росписью. В таких случаях оставшиеся не тронутыми резьбой глади доски покрываются цветами, довольно крупными, смело, без предварительного контура, изображенными; эта дополнительная роспись (яичная или масляная краска) преимущественно темных тонов. Иногда красочная роспись подражает характеру обычной геометрической резьбы. Нередко наблюдается в прялках этого типа раскраска — или сплошь всей лопаски или лишь главных характерных линий общей композиции (Исторический музей №№ 49961, 4367Ц). Вологодских прялок, датированных цифрами, очень мало. Все даты, которые приходилось отмечать, относятся к первой половине и к середине XIX века.

АРХАНГЕЛЬСКО-ВОЛОГОДСКИЙ ТИП
Архангельско-вологодская расписная прялка принадлежит к группе прялок-копыл и по своей общей конструкции весьма сходна с вологодскими резными прялками, что и позволяет в подзаголовках к географическим наименованиям того и другого типа указать одни и те же конструктивные признаки. В этом типе, как и в предшествующем, художественно доминирует лопаска; последняя представляет из себя прямоугольник (вернее сказать— трапецию, так как прямоугольник в нижней своей части обычно несколько


116- 117. Прялки вологодского типа. Резьба по дереву. 116-117. Vologa-type distaffs. Carved wood.

расширен), имеющий высоту, равную приблизительно половине (часто и больше) всей высоты прялки. Верхний горизонтальный край этой лопаски имеет обыкновенно ряд зубцов различной (чаще — круглой) формы, а боковые края снабжены вырезами для привязывания кудели. В нижней части лопаски по бокам имеются небольшие круглые ушки, от которых по выгнутым дугообразным линиям лопаска переходит в ножку. Невысокая ножка обработана фигурными вырезами и напоминает по виду фигурные вертикали перил. Иногда ножка делается широкая (дощатая), как и в вологодских копылах. Книзу она несколько расширяется и переходит в небольшое узкое листообразное донце. Прялки эти довольно неустойчивы. Размерами своими они в общем несколько ниже вологодских, имея высоту от 1 аршина 1 вершка до 1 аршина 6 вершков. Чаще всего их высота — аршин с четвертью. Донце имеет в длину 11—12 вершков. Прялки архангельско-вологодского типа принадлежат к группе расписных прялок. Расписываются они обыкновенно с двух сторон (и лопаска и ножка), причем лицевая сторона расписана интереснее и богаче. Техника живописи архангельско-вологодских прялок принадлежит к тому виду, который выше обозначен термином «роспись с контуром». Роспись этих прялок имеет яркий и пестрый колорит, так как немногочисленные краски, употребляемые народными художниками, ярки сами по себе и не знают дополнительных переходных тонов. Элементы росписи:
Растительная орнаментика не особенно развита, хотя и встречается в довольно большом количестве; самостоятельного значения в декорации почти не имеет и употребляется, главным образом, для заполнения мелких участков лопаски и ножки.
Это несложные условно-трактованные цветы, часто напоминающие по строению
узорчатые цветы рукописных заставок, в которых узнаешь родную флору, и довольно однообразная малохарактерная листва. Часто растительный орнамент развивается волнообразным побегом с круглыми завитками, особенно на обратных сторонах лопаски, где из него составлена рама, окаймляющая то нераскрашенное место, куда привязывается лен. В большинстве случаев листики и веточки нарисованы отдельными пучками, без всякой взаимной связи, лишь для заполнения фона. На одной расписной архангельско-вологодской прялке (Исторический музей № 15864Щ) эти наивные растительные орнаменты названы автором-декоратором «кустиками». Этими «кустиками» обильно украшены прялки; вместе с розетками-звездами и птицами ими всегда украшаются ножки прялок. Растительным же орнаментом из веерообразных остролистий украшены донца. Геометрическое узорочье также не особенно богато развито и несомненно уступает по разнообразию разработки геометрической резьбе вологодских прялок; геометрическое узорочье является расписным отражением этой резьбы; в нем также весьма распространено ритмичное употребление треугольника; из геометрических украшений можно отметить полосы (пояса), разделяющие изображения жанрового характера, окаймления лопасок, в большинстве случаев разработанных треугольниками, ширинки и композиции разнообразных розеток. Геометрическое узорочье является постоянным дополнением всякой расписной декорации на архангельско-вологодских прялках. Архитектурные мотивы не представляют бытового интереса, но интересны, как искажения архитектурных стилей в народном творчестве. Можно отметить мотивы стилей ренессанса, барокко, ампира, графически истолкованных в узорном духе — без перспективы, неконструктивно, в беспорядочных и случайных пропорциях. По своим общим начертаниям


118. Прялка архангельско-вологодского типа. Роспись по дереву.
118. Archangel-Vologda-type distaff. Painied decoration on wood.
архитектурные мотивы на прялочной росписи отдаленно напоминают таковые же и русском иконном письме, но, разумеется, со значительно меньшей стилистичностью и четкостью.
Интересны формы наличников; часто изображаются квадраты с орнаментальными птицами, по-видимому, изразцы. Любопытна сохранившаяся национальная форма деревянного зодчества севера крыльцо на столбу» (Исторический музей № 37655, 34978, 39603). Геральдические и мифологические изображения. Из геральдических зверей особенно часто встречается лев и единорог, помещаемые также часто на изразцах, и наличниках, на переплетах книг. На расписных архангельско-вологодских прялках лев и единорог часто изображаемся над шатром комнаты, в которой прядут пряхи. Над изображением встречаются надписи, например, «единорог звирь и левъ звирь» (Исторический музей №32808).
Из мифологических птиц особенно широкое распространение имеет птица-сирин, и «поражаемая в различных масштабах, вариациях и сочетаниях; нередки подписи «птица сирень», «птица райска»; часто-изображение заключено в круг или находится среди цветов. Птицы и звери играют в росписи прялок заметную роль; из птиц особенно часто встречается петух; есть гуси, куры и много вообще разноцветных представителей пернатого царства, в которых трудно узнать определенный вид; орнаментального характера птицы встречаются на декорации почти каждой расписной прялки. Из домашних животных на первом месте стоит конь различных окрасок и в большинстве случаев нехарактерного контура; затем идут коровы, козлы, овцы, свиньи, собаки. Встречаются среди "кустиков» и цветов в качестве мотива украшения и «заморские» звери: слон, верблюд, олень; фигурирует и обезьяна. Жанровые сцены очень часты и всегда служат центральными элементами композиции на архангельско-вологодских расписных прялках.
Некоторые из этих сцен имеют традиционно устойчивый характер, неизменно повторяясь на многочисленных прялках. К числу таких излюбленных, постоянных и в росписи и в резной декорации сцен, нужно отнести, прежде всего, «чаепитие», изображаемое или в комнате, или среди «кустиков», или в геометрическом обрамлении; за столом с самоваром сидят в большинстве случаев по двое (мужчина и женщина или две женщины); комната часто символизируется двумя оконцами. Следующей сценой, часто наблюдаемой на расписных прялках, будет изображение деревенских посиделок, «супрядок»; на одной общей скамье сидят несколько женщин в кокошниках, с прялками, швейками и гребнями и прядут, шьют, расчесывают лен; иногда среди них — мужчины, играющие на балалайках. Третья, широко распространенная сцена — катанье на лошадях, запряженных одиночкой, парами и тройками в различного вида повозки и санки. В повозке обыкновенно сидят двое: мужчина и женщина. Далее следуют более редкие сцены, изображающие какую-нибудь бытовую сцену деревенской жизни: доение коровы (Исторический музей № 32808), выгон скота пастухом (там же, № 42457), кони на водопое (там же, № 36396), убой скота (№ 40674), корм домашних птиц (№ 42451), охота (№ 39601) и т. д. Все эти случайные сцены явились, по-видимому, плодами вдохновения отдельных художников и не имеют в прялочных композициях устойчивых, традиционных черт исполнения.
Отдельные фигуры довольно часто встречаются среди растительных и геометрических окаймлений, служа лишь живописным мотивом или, быть может, представляя собой наивно-портретные напоминания о лицах, даривших женщинам прялки; к этим фигурам относятся: солдаты, охотники, всадники и т. д. Изредка встречаются и женские фигуры. Обращает на себя внимание следующая, довольно часто встречающаяся на рас¬писных прялках сцена, по-видимому, иллюстрация какого-нибудь литературного произведения или народной сказки. Изображено «крыльцо на столбу»; по бокам входа — два окна; в них поясные фигуры (иногда подняв руки) или лев и единорог. К дверям поднимаются лестницы с одной или с двух сторон. В пролете двери стоит девица. По лестнице с левой стороны поднимается старец с посохом, держа в руке кошелку или ведро. Справа, внизу, у лестницы — добрый молодец, пеший или верхом. На старца лает собака; у крыльца сидит кот. В одном случае к крыльцу подъезжает карета; впереди — всадники. Над крыльцом — ряд птиц в квадратах; над ними — золотые окна. Между окон — лев или птицы под аркой. С небольшими различиями в каждом отдельном случае вышеописанная сцена занимает всю лицевую сторону лопаску па многих расписных прялках архангельско-вологодского типа. Перечисленные элементы «росписи с контуром» исчерпывают все ее традиционное содержание. Но само собой разумеется, среди живописных декораций архангельско-вологодских прялок найдется не мало и отклонений от этой типичной схемы. Как на примеры таких отклонений можно указать на изображение парусных кораблей среди растительных орнаментов (Исторический музей № 31039, 36396 34068 и др.; Смоленский музей № 5116) изображение кавалера (военного) и дамы в костюмах александровской эпохи (Исторический музей №32808), сплошного узора растительного характера (Исторический музей № 34982) и др. Представление о подходе народного художника к своему художественному делу, а также и о самой живописной декорации прялки дает следующая надпись вокруг одной лопаски архлнгельско-во-
119 Прялка архаигсльско-пологодского типа. Роспись по дереву.
119. Archangel-Vologda-type distaff. Painted decoration on wood.

логодской прялки, словесно представляю¬щая прялочную роспись: «написано на преснице кустики, повыше тово, конь, а повыше кустик, а повыше мужикь на лошади идетъ, а повыше баба предетъ сидит, а повыше петухъ идетъ за собой кутюшку ведетъ, а повыше тово седятъ чаи кушаютъ, а повыше тово кустики». На обратной стороне лопаски следующая надпись: «написано на пресце всакима колерыма. есь кутюшка и повыше кустики, а повыше тово мужикъ стоит басица. а повыше тово седятъ чай кушаютъ. а повыше тово петухъ да конь да промезу има кустикъ, а повыше накрашано лентоцка. а повыше тово древо» (Исторический музей № 15864Ц).

ПОМОРСКИЙ ТИП
Северные окраины Архангельской губернии (так называемое Поморье) служат местом распространения еще одного типа прялок, значительно отличающегося от уже описанных резных вологодских и расписных архангельско-вологодских копыл. По своей конструкции прялки поморского типа отличительны тем, что в противоположность вышеупомянутым копылам, имеют три составные, отдельно вырезанные части: донце, ножку и лопаску.
Небольшое и узкое донце поморской прялки имеет плоскую листовидную форму с небольшим возвышением и отверстием в нем на передней стороне, куда вставляется ножка. В большинстве случаев, донце не имеет никакой декоративной обработки. Ножка поморской прялки представляет из себя точеную колонку бусообразного строения. В своей верхней части ножка имеет расщеп или отверстие для вставления лопаски. Лопаска этого типа прялок довольно узка и занимает по своей высоте приблизительно половину (чаще — большую часть) общей высоты прялки. Поморская лопаска имеет в своей верхней части некоторое расширение, так что боковые ребра ее заметно отклонены от вертикали. Заканчивается она треугольным, довольно высоким по пропорции, фронтоном или нечетным количеством (3 или 5) зубцов, уменьшающихся к краям. В нижней (узкой) своей части, при переходе к ножке, лопаска профилирована неглубокими вырезами кривых очертаний. Типичной декорацией поморской прялки (точнее — одной лопаски ее) является резьба выемчато-трехгранной техники, состоящая, главным образом, из обычных элементов декоративном разработки круга. Довольно часто поморская лопаска бывает прорезная. Среди выемчато-трехгранной резьбы геометрического характера встречаются контурные изображения коней, рыб, птиц и оленей. Иногда эти прялки раскрашены по резьбе. Материалом для поморских прялок служат сосна и ель. Вышеописанный тип составных прялок, явившийся на смену более древних северных копыл с большой лопатой, повлиял, в свою очередь, на форму позднейших архангельско-вологодских и вологодских копыл с узкой лопаской, имеющих очертания сходные с обличьем поморских составных прялок. Резьба поморских прялок несколько беднее и однообразнее, но тоньше, чем в вологодских. Декоративный интерес их заключается в их общем легком и стройном силуэте.
Размер поморских прялок в среднем — 1 аршин 4 вершка. На прялках этого типа (в Городском Архангельском музее) сохранились следующие даты: 1834, 1844; 1847, 1851, 1854, 1866, 1870, 1877, 1885. Надо отметить, что почти полстолетия (51 год) разницы между двумя крайними цифрами не дают датируемым прялкам никаких существенных различии9.
119 Прялка архаигельско-вологодского типа. Роспись по дереву.
120. Archangel-Yologda-type distaff. Painted on wood.

МЕЗЕНСКИЙ тип
Прялка мезенского типа не имеет особо отличительных черт в своей конструкции; ее форма близко схожа с формой прялок архангельско-вологодского типа. Она имеет довольно большую лопаску, очень заметно суживающуюся вверху, и уменьшающиеся от центра к краям зубцы по верхней горизонтали лопаски, очень напоминающие зубчатый фронтон поморских прялок. Боковые ребра лопаски вырезаны зубчиками. Переход от лопаски к ножке совершается по простейшей кривой линии, подобно тому как это делается у рабочих деревянных лопат. Ножка имеет вид четырехгранного столбика без всяких фигурных вырезок.
Мезенская прялка отличается своей своеобразной декорацией, что собственно и заставляет выделить ее в отдельный тип, в общем представляющий, как и поморские, один из вариантов основного типа прялки — северного копыла с большой лопаской. Декорация мезенской прялки состоит из элементов красочной росписи и линейного орнамента, нанесенного пером. В разделе о технике прялок эта декорация условно отнесена мною к виду «росписи с контуром». По желтому фону (общему для всей прялки) красно-коричневой краской (сиеной) намечены схематичные изображения коней и птиц, а вся остальная часть узора, носящего каллиграфический характер, исполнена пером. Штрихами нарисованы также изогнутые ноги коней, хвосты птиц и узор волн под лебедями.
Этот оригинальный прием напоминает характер скобчатой резьбы с инкрустацией, как бы перефразированный для росписи. Орнамент, густой сетью покрывающий всю лицевую сторону лопаски (и большую часть обратной), состоит из сочетаний коротких штрихов, прямых и изогнутых, елочек, крестиков, спиралей, дуг и других как бы каллиграфических росчерков. В некоторых местах этот орнамент дополняется несколькими горизонтальными чертами или ломаной линией, проведенными краской, и дробящими его на ряд более мелких прямолинейных участков. На обратной стороне лопаски, среди таких же как бы кружевных узоров, изображен корабль, причем корпус его намечен пятном краски, а многочисленные паруса и мачты — тонкими каллиграфическими штрихами. Декорация мезенской прялки имеет явно орнаментальный характер. Фигуры животных и птиц, ритмически расположенных, стилизованы почти до полной потери своих натуральных очертаний *. Ножка орнаментирована штрихами с четырех сторон. Донце листовидной формы, без украшений.
Прялки мезенского типа и доныне (1915 год) выделываются кустарями села Палащелье (Мезенский уезд Архангельской губернии), но не имеют широкого распространения. В Архангельском музее и в Историческом музее в Москве имеется несколько прялок этого типа меньшего, против обычного, размера—10—11 вершков вышины Собиратели в Архангельском музее относят эти прялки к разряду игрушек. Материалом для мезенских прялок служит сосна.

ТВЕРСКОЙ ТИП
Тверской тип русских народных прялок нужно считать недостаточно выясненным
 

* Чрезвычайно любопытно отметить, что орнаментация мезенских прялок сохраняет в себе формальные отражения очень древнего времени: указанный' узор можно решительно сопоставлять с греческой орнаментикой так называемого стиля Дипилон. В русском крестьянском бытовом искусстве этот! орнамент стоит совершенно особняком и должен; и свое время послужить предметом особого исследования. (Примечание автора).
Прялка поморского типа. Резьба по дереву


со стороны его количественной распространенности *.
Тверская прялка имеет некоторые общие черты в строении с поморской прялкой; точеную ножку и сходной формы, но значительно меньшую лопаску. Но вся ее конструкция и декорация довольно отличительны.
Тверская прялка состоит из двух частей: цельной вертикали (лопаска и ножка) и донца. Вертикальная часть прялки имеет небольшую (приблизительно в '/з общей высоты) расширяющуюся вверху лопаску, увенчанную зубцом из двух дугообразных линий, и точеную круглую ножку простейшего профиля. В отличие от поморских прялок, у которых лопаски вставные, прялки тверского типа имеют лопаску и ножку из общего куска дерева. Ножка ввинчивается в донце, небольшое, с возвышением на передней стороне, прямоугольной формы и неукрашенное. Средняя высота прялки—1 аршин. Лопаски тверских прялок в лицевой части имеют небогатые порезки смешанной техники резьбы: выемчато-трехгранной и контурной. Тверская прялка вообще не отличается развитым декоративным убранством; ее художественный интерес заключается в хорошо найденном стройном силуэте и в пропорциональности главных частей. Кроме того, она практи-


* В издании «Народных русских деревянных изделий» А. А. Бобринского помещены всего лишь две прялки этого типа (одна из Ярославского древлехранилища, другая — из Новгородского музея древностей), и самый тип поставлен под знаком вопроса.
Мне представлялось необходимым ознакомиться с тверскими прялками в местном, Тверском музее. В последнем, действительно, оказалось собрание прялок особой конструкции, приобретенных в разных уездах Тверской губернии. Эти сведения и ряд других, полученных с мест, позволили мне, дополнив количественно небогатые тверские материалы вышеназванного издания, выделить тверские прялки в особую группу. Но очень желательно все же большее подтверждение этого типа прялки местными материалами. (Примечание автора).


чески в бытовой обстановке чрезвычайно удобна, легка, занимает мало места, хорошо складывается при ненадобности или переноске.
Свойственные тверской прялке практические удобства и бедность декоративного убранства заставляют предполагать о позднейшем времени возникновения этого типа прялки.
Датированных среди тверских прялок не встречается.
Прялка мезенского типа. Роспись по дереву.
122. Mezen-type distaff. Painted decoration on wood.

 

ТИПЫ ДОНЦЕВ
В большинстве русских музеев наряду с цельными прялками хранятся и отдельные части их — так называемые донца. Донца тех семи типов прялок, что описаны выше, не представляют большого интереса с декоративно-художественной стороны.
Там внимание художника было сосредоточено па вертикальной части прялки (расписная и резная декорации вологодских и архангельско-вологодских копыл, резное убранство лопаски и ножки в ярославско-костромском типе и т. д.) и оставляло без внимания ее горизонталь — донце, служащее лишь практической цели. В этом распределении декорации сказалась художественная логика. Большой декоративный интерес представляют донца (для чесания и прядения льна) и швеек. Благодаря отсутствию лопаски, принимавшей на себя в прялках центральное место декорации, донца гребней и швеек получили богатую разработку как единственные большие плоскости, куда обращался взор декоратора. Хотя с точки зрения логики композиции богатое украшение донцев не представляется особенно уместным (донце — место, где сидит пряха или швея), все же нужно признать, что среди этих донцев встречаются едва ли не лучшие художественные достижения народных декораторов, работавших над украшением примитивных орудий деревенского женского труда. Возможно, что некоторые донца (например, донца скобчатой резьбы с инкрустацией) получили богатое украшение потому, что служили они одновременно (мне приходилось это видеть) трем вертикалям: прялке, гребню и швейке, по мере надобности вставлявшихся в одно и тоже общерабочее (будем его называть так) донце. Прялку-копылу нельзя признать конструктивно удачной в смысле домашнего обихода. Стремления к большему практическому удобству и могли вызвать одно общее донце, пригодное для всех услуг. При таких условиях донце получало самостоятельное и большое значение и подвергалось искусной декоративной обработке. Донце обычно вешалось на стену избы, чем и можно объяснить богатство его резного и расписного! убранства в некоторых типах. Донца, как и прялки, имеют разнообразную форму и различные приемы украшений. Так же, как и на прялках, на них встречаются надписи. Для примера я приведу ниже несколько таких образчиков. Некоторые из надписей, кстати, покажут, что часто донца резались и расписывались, помимо случайных художников, и так называемыми «мастерами». Например: на донце выемчато-трехгранной резьбы (Истори¬ческий музей № 31002) вырезано «1794 де 10 мастеръ ЕД»; на другом (там же, № 31154) «мастер в. Михаила титовъ сие донце степаниде ивановнай кресовай 1850»; на раскрашенном донце скобчатой резьбы с инкрустацией (там же, № 31354) написано: «Деревни охлебаихи мастеръ лазорь васильевъ 1866»; на резном донце — «1788 гду месца генваря 31 дня сия днца орловскай евдакеи кирилавнай делалъ зенавей кстентиновъ» (Исторический музей № 32014) и, наконец, надпись краской на донце уже в стиле почти наших дней (Исторический музей № 15845Щ) «сия пряха принадлежитъ. марье. павловне. шабаровой. кому дарю ково, люблю ваши черные глза сердце режутъ без ножа, вашо личико прекрасно, очень хорошно смотреть на нихъ опасно скоро, будешь безъ души Алксей шабровъ». Разнообразие приемов украшения дон-
123 Distaff seat with triangle-pattern carving. 123. Донце с трехгранно-выемчатой резьбой.

цев и почти полное отсутствие географических сведений о районах их распространения заставляют распределить этот материал на группы, руководствуясь исключительно художественно-техническими признаками. В отношении донцев применялись те же технические приемы живописи и резьбы, о которых уже приходилось говорить при общем определении декорации прялок. Поэтому считаю возможным, не входя в повторный анализ конических средств украшения, обозначить четыре типа донцев следующими наименованиями:
донца скобчатой резьбы с инкрустацией, донца выемчато-трехгранной резьбы, донца контурной резьбы, донца расписные.
В дальнейшем изложении будет дана подробная характеристика каждого из четырех выделенных типов донцев.

ДОНЦА СКОБЧАТОЙ РЕЗЬБЫ С ИНКРУСТАЦИЕЙ
Донца скобчатой резьбы представляют наиболее интересные с художественно-декоративной стороны произведения народного бытового искусства. Донца этого типа имеют довольно широкую (6—7 вершков) доску длиною в I аршин, округленную (почти по линии полуокружности) в той стороне, где находится возвышение или «гнездо» для вставки вертикальной части. Плоскость донца и две боковых стороны подножки декорированы скобчатой резьбой с инкрустацией — весьма своеобразной и интересной техникой, встречающейся сравнительно редко в деревянных народных изделиях. В мотивах и сюжетах этой резьбы не замечается большого разнообразия; они столь же традиционны по исполнению и малочисленны по количеству, как и на прялках.
Наличность художественного ремесла, постоянно повторяющего и совершенствующего несколько лучших изображений, несомненно и здесь. Некоторым фактическим доказательством этого могут служить два донца Исторического музея в Москве, имеющих цифровую дату и имя мастера; на одном из них (№ 31354) надпись: «деревни охлебаихи мастеръ лазор васильевъ 1866; на другом (№37350) «деревни охлебаихи мастера лазоря васильева Мельникова 1868». Оба донца — прекрасной композиции и работы и близко схожи одно с другим. Конечно, не все донца этого типа вполне тождественны со стороны композиции и техники; среди них есть менее удачные, более удачные и совершенные; но все они объединены одним, общим по элементам, строем композиции и одинаковыми средствами технического исполнения. Как на характернейшие художественные черты этих изображений надо указать на их схематичность, лаконизм и орнаментальность. Образы живого мира — кони, птицы, собаки, всадники, барыни — трактованы с изумительным обобщением, напоминающим порой идеальную декоративную линию. В простоте обобщающей, линии кроется высокое изящество. Капризная линия, то вычурная, то острограциозная, порой достигает и монументального характера. Простота обобщения часто дает своей широтой впечатление величественности, художественно найденной полноты выражения. Декорацию донцев скобчатой резьбы с инкрустацией, руководствуясь мотивами изображения, можно подразделить на четыре главных вида. Изображение карет. Одной из очень характерных декораций на донцах скобчатой резьбы является изображение кареты, запряженной одной лошадью. Движение идет по направлению к округленной стороне донца. Карета — плавных кривых линий с фигурными вырезами, на высоких вычурных рессорах елизаветинского времени; на запятках — лакей в кафтане, в высоком головном уборе; так же наряженный кучер держит тяжелые пышные вожжи; конь в богатом убранстве в стремительном движении играет ногами; в окне кареты — женщина (иногда две) в широкой юбке и пелерине с цветами; над конем — нечто вроде колоссальной дуги. Иногда около кареты бежит собачка.
Все наиболее крупные части композиции — корпус коня, фигуры кучера и лакея, части кареты, собака — исполнены инкрустацией черного дуба. По поясам кареты вбиты деревянные гвозди. Это— основные пятна изображения; все остальное — ноги лошади, головы и руки лакеев, барыня, вожжи, колеса — дополнено скобчатой резьбой — декоративными, меткими и характерными выемками. Вся композиция размеренно и складно располагается на донце, окаймленном неширокой полоской, орнаментированной геометрическими порезами или деревянными гвоздями.
Изображение всадника. Некоторые донца скобчатой резьбы разграничены на несколько частей. К числу таких дробных украшений нужно отнести декорацию с изображением всадника. Донце обычно делится на две части. В верхней округленной части донца изображался всадник в цилиндре, с саблей, цветком или трубкой в руке (в некоторых случаях амазонка, иногда один конь). Конь с пышной гривой, поднятый на дыбы; около него — елочка, собака, цветы или человеческая фигура; пустые пространства заполнялись цветами. Под этим изображением идет полоса, украшенная ширинками или цветами. В нижней части донца — ритмический ряд воинов с поднятыми саблями или с секирами и ряд кавалеров в цилиндрах и с цветами; иногда среди них — дама под зонтом. Часто нижняя часть донца декорировалась орнаментальными разводами с птицами, зверями и отдельными человеческими фигурами. Края донца окаймле-
124 Городецкое донце. Скобчатая резьба с инкрустацией.
124. Gorodets-type distaff seat. Bracket-pattern with inlay.

ны орнаментом. Крупные части рисунка инкрустированы.
Изображение двух всадников. Большой художественный интерес имеют донца, украшение которых представляет более богатый и развитой вид предшествующего мотива. Донца эти разделены широким богато орнаментированным поясом (квадратной разбивки) на две части, причем верхняя, ближайшая к подножке, несколько менее нижней. В верхней части донца изображены два всадника на конях, поднятых на задние ноги и обращенных головами к большой оси доски. Всадники в камзолах и треуголках или высоких головных уборах высоко подняты над спинами лошадей и производят впечатление стоящих; в руках они держат цветы, трубки для курения или кривые сабли. Под ногами лошадей в одинаковом с ними движении изображены две прыгающие собаки. Всадников разделяет декоративное дерево; от тонкого вертикального ствола на обе стороны симметрично расходятся ветви, листья и цветы; на них сидят птицы. Над вершиной дерева широко разметала крылья птица, венчающая всю эту композицию. Внизу —травы и цветы. Нижняя часть донца украшается менее устойчивым .сюжетом и имеет несколько вариаций. Здесь мы видим ритмический ряд кавалеров в цилиндрах и с цветами в руках или ряд воинов в треуголках с обнаженными мечами, или несколько мужских фигур в камзолах, обращенных к женщине в кринолине, под зонтом стоящей посередине, или всадника, по обеим сторонам которого стоят мужские фигуры, или кавалера с длинной трубкой и даму среди орнаментальных цветов, или, наконец, изображения нескольких мужских и женских фигур, причем женщины прядут на прялках (устойчивость старого мотива в повой художественной обработке) и стоят под зонтами, а мужчины курят длинные чубуки. Все жанровые сцены обычно украшены цветами, заполняющими пустые пространства. Неширокая часть донца ни же второй сцены остается незаполненной. Край донца орнаментирован плавными дугообразными вырезами. Донца этой декорации всегда инкрустированы и иногда раскрашены. Орнаментальная декорация. Среди донцев скобчатой резьбы можно выделить группу, украшенную только орнаментом. По общей форме эти донца не отличаются от вышеописанных, но по размерам они несколько меньше. Кроме основной техники резьбы — скобчатой, — они нередко имеют и другие характеры вырезов: выемчато-трехгранный и контурный. Более богатой орнаментировке подвергается верхняя часть донца, а в нижней, окаймленной полоской, вырезаны лишь несколько скобок и зигзагов, оканчивающих верхнюю композицию. Орнаментация состоит из мягких и плавных вырезов и поясов, соединяющихся друг с другом (фигуры овала, полукруга), перемежающихся с листьями и скобками. В центре украшения вставлено черное дерево в форме ромба или карточной бубны; изредка центральное место занимает птица с раскрытыми крыльями, весьма схематично трактованная. Кроме этих пятен, в инкрустации играют роль деревянные гвозди, дающие точечный орнамент на поясах. Контурной резьбой исполнены сетки, покрывающие некоторые фигурные участки донца. Донца всех вышеописанных декораций имеют довольно высокую (3 1/2г—4 1/2 вершка) подножку для вставления вертикальной части, иногда приклеенную, иногда прибитую. Подножка имеет четырехугольник в основании; боковые стороны ее, поднимаясь кверху, несколько суживаются и выгибаются; подножку венчает далеко отступающий карниз египетского профиля. Боковые стороны подножки почти всегда! богато украшены традиционными фигурами: на одной стороне — конь (иногда со всадником), на другой — птица. Обе
126. Городецкие донца. Скобчатая резьба с инкрустацией.
125—126. Gorodets-type distaff scats Bracl carving with inlay.

эти фигуры исполнены инкрустацией и имеют хорошо стилизованный четкий силуэт. Вокруг них скобчатой техникой вырезаны цветы и травы, мастерски вкомпонованные в остающееся подле вставки пространство. Иногда вставка имеет геометрическую фигуру. Цифровых дат на донцах скобчатой резьбы очень мало — всего две, и обе они относят их исполнение к началу второй половины XIX века, которую следует признать последней, позднейшей по времени, ступенью производства прялок. Анализ иконографического материала на этих донцах позволяет отнести их ко времени несомненно более отдаленному. Общая пышность убранства, художественный отзвук блеска и счастья, присущий декорации донцев скобчатой резьбы, вызывают представления о елизаветинской или екатерининской эпохах. Высокие мощные кареты на вычурных рессорах, форейторы и кучера в богатых кафтанах и высоких головных уборах с перьями, пышные и богатые уборы коней, кавалеры в камзолах с цветами и трубками, воины в треуголках с поднятыми плечами, стройные всадники и амазонки на гордых конях, разряженные дамы среди фаланги кавалеров, цветы и парящие птицы — весь этот характерный декоративный ансамбль (конечно, часто нарушаемый позднейшими наслоениями) скобчатой резьбы донцев говорит о веселой и богатой жизни, поразившей народные очи, показавшейся народу сказочным чудом и пленившей его воображение. На донцах художественно запечатлено видение деревенской и провинциальной России. Народный художник был очарован золотой каретой и блестящими всадниками, проскакавшими по деревне. В веселый «елизаветинский век» придворный мир и высшие городские слои стали ближе к деревне, чем раньше; отдых среди природы манил всех, и русское крестьянство могло увидеть много блестящих поездов и кавалькад на своих деревенских дорогах. Нельзя было не плениться сказочными людьми, и народны; художник, сидя на своем убогом крыльце, вырезая деревянные донца, вспоминал виденное.
В прялочной декорации, как это отмечалось в предыдущих описаниях, господствуют сюжеты, характеризующие радостные моменты и образы окружающей жизни: картины чаепития, поездки на тройках, деревенские посиделки, кареты городские башни, пароходы, часы — все это мотивы и образы или привлекательные для художника или поразившие его и равно далекие от однообразных будней.
В таком направлении художественного творчества и были закреплены на донца все эти пышные кареты и стройные всадники с цветами. Здесь необходимо отметить и то, что общий характер всех лини в орнаментации рассматриваемых донце (сочетание скобок различного выгиба направления) отдаленно напоминает основные черты «русского рококо» елизаветинского времени. Скобки можно рассматривать как перефразированный в народном искусстве элемент раковины. Над новыми изображениями, наверно долго работала рука резчика, эти образ получили свою монументальную и лаконичную концепцию в высоком техническом мастерстве. Как и все сюжеты и мотивы на прялках в народном изобразительном искусстве вообще, они прошли совершенствуясь и отклоняясь от первых, образов, через десятки лет и надолго пережили виденное. В середине XIX век они были уже установившейся традицией. .
Если обратиться к самой технике скобчатой резьбы, то и она, пожалуй, подтвердит предполагаемую дату (послепетровское время). Инкрустация в народно резном искусстве исключительно редко и могла появиться под влиянием голландских образцов, во множестве проникших в Россию в Петровскую эпоху, и можно
127. Городецкое донце. Роспись по дереву.
127. Gorodets-type distaff seаt. Painted decoration on wо

указать, например, на очень распространенные у нас в послепетровское время столы и другую мебель голландского типа с вставками из черного дерева. Скобчатая резьба с инкрустацией на донцах характеризуемого типа, вероятно, явилась развитием этого иноземного искусства. Таким образом и техника резьбы исследуемых донцев подтверждает, представляет данные для отнесения их к середине
XVIII века. К сожалению, малоизвестно место наибольшего распространения этих донцев. Незначительное количество этнографических сведений, имеющихся у меня, относят донца скобчатой резьбы с инкрустацией Нижегородской губернии . В позднейшее время (середина XIX века) она была главным районом их изготовления.

ДОНЦА ВЫЕМЧАТО-ТРЕХГРАННОЙ РЕЗЬБЫ
Донцев выемчато-трехгранной геометрической резьбы сохранилось немало в русских музеях. Теперь довольно трудно разрешить вопрос о том, к каким вертикальным частям (были ли то прялки, гребни или швейки) -они принадлежали. Во многих русских губерниях южной России — Киевской, Харьковской — вместо вертикали с лопаской употребляется простая деревянная рогатина (вилка, развилка), на которую привязывается лен и шерсть, или гребень примитивного устройства, или, наконец, просто палка. Всем этим разнообразным вертикалям почти всегда служит одно более или менее искусно вырезанное и украшенное донце. Нужно думать поэтому, что и большинство собранных в музеях донцев служили всем этим вставкам. Во всяком случае, среди тех типов копыл и составных прялок, о которых приходилось говорить выше, нет такого, к которому можно было бы отнести описываемые донца.
Донца выемчато-трехгранной резьбы довольно значительны по своим размерам наибольшая длина такого донца, мне встретившаяся,— 1 аршин 7 3/4 вершка наименьшая —11,5 вершка; наиболее распространенной длиной по произведенным обмерам, нужно считать 1 аршин 3 вершка. Ширина варьируется от 3,5 до 6 вершков.
Форма донца — прямоугольная доска иногда несколько суживающаяся (постепенно или путем нескольких боковых вырезов) к месту вставки вертикали; в противоположном конце донце оканчивается прямой линией, полукругом, скругленным углом или двумя-тремя дугообразными вырезами. Верхняя часть доски (с возвышением) иногда допускает какую-нибудь несложную, в редких случаях весьма затейливую фигурацию. У многих донцев в верхней части имеется ручка; она соединяет вставочное возвышение и) площадь донца. Возвышение большей частью кубической формы, иногда со скошенными сторонами в редких случаях сложнофигурное (имеет в высоту 1,5— 2,5 вершка).
Донца украшены геометрическим орнаментом выемчато-трехгранной техники Порезами покрывается или вся площадь донца или ближайшие к краям части его, так что в состав композиции входят нетронутые глади доски. Мотивы орнаментации те же, о которых уже приходилось говорить при общей характеристике геометрической резьбы на вологодских копылах. В общем следует сказать, что композиция геометрических узоров на донцах несколько беднее, чем на вологодских лопасках. Главным элементом служит орнаментированный круг. Иногда среди геометрических узоров встречаются дополнительные контурные штрихи; ими изображены, например, конь, путник в санях, рыбаки, птицы, елочки и ветви. На некоторых донцах имеются даты XVII и XIX веков; крайние цифры этих
- Городецкое донце. Роспись по дереву.
128. Goroilcts-typе disinii............

дат, встретившиеся мне,— 1783 год и 187G год. Изредка на донцах встречаются надписи в роде следующих: «маврень. Иваново»; кого люблю тому дарю»; «мастер в. Михаила титовъ сие донце степаниде Ивановнам кресовай», а также и отдельные буквы, очевидно, инициалы собственников и дарителей. Донца сделаны из сосны, ели, березы, липы.

ДОНЦА КОНТУРНОЙ РЕЗЬБЫ
Донца этого типа наименее интересны среди всех других. Количество их в музеях очень невелико. Очевидно, собиратели старины обходят эти малоукрашенные, часто совершенно лишенные узора, доски. Общая форма и размер донцев такие же, как и у предыдущих. Контурная декорация крайне бедна: площадь доски окаймлена какой-нибудь незамысловатой полоской; в середине доски сочетаются прямолинейные порезы; иногда встречаются круги и звезды или какие-нибудь прихотливые и случайные разводы линий; иногда среди геометрических линий попадается вырезанный контур коня, рыбы, елочки.
Донца эти являются, вероятно, наиболее распространенными в обиходе крестьянской жизни, но, будучи всегда бедно декорированы, очень редко попадают в музеи как предметы народного искусства.

ДОНЦА РАСПИСНЫЕ
Расписные донца представляют большой интерес для изучающего народное бытовое искусство. Можно пожалеть о том, что их очень немного сохранилось в русских музеях.
Общая форма расписных донцев вполне тождественная с формой донцев скобчатой резьбы; доска, срезанная полукругом и передней части, с высокой подножкой.
законченной далеко отступающим карнизом. Одинаковая форма, похожее расположение декорации и некоторые общие образы и мотивы заставляют предполагать, что тип расписных донцев создался под впечатлением и влиянием донцев скобчатой резьбы с инкрустацией. Характер красочной декорации на этих донцах такой же какой был обозначен в отделе определения техники «живописи декоративной».
Расписное донце обычно разделено широким поясом на две части. В верхней части донца изображается: Всадник на коне, поднявшийся на дыбы, среди цветов;
два всадника по направлению к большой оси донца, вверху птица, раскинувшая крылья, (построение композиции чрезвычайно сходно с таким же мотивом на донцах скобчатой резьбы); застольная беседа за овальным столом, покрытым скатертью, при свечах; сидят несколько человек (мужчины и женщины) в городских одеждах; наверху — композиции из цветов; группа женщин, стоящих рядом, в городских платьях, с модными прическами, может быть женский хор. Средний пояс донца богато орнаментирован цветами (розами) и листьями. В нижней части донца изображаются птицы среди цветов или одни цветы. Украшение подножки аналогично украшению подножки донца скобчатой резьбы; с одной стороны — конь (или всадник), с другой — птица. Рисунок всех перечисленных изображений отличается живой характерной и четкой линией. Плоскости прекрасно заполняются цветами. Светлые оживки жизненно расчленяют красочные пятна. Мазок имеет широкий и смелый характер. Мастерская рука художника-ремесленника чувствуется в каждом вершке этих расписных донцев. Более подробная характеристика этой декоративной живописи дана в разделе «Техника».
129 Городецкое донце. Роспись по дереву.
129. (Gorodets type Distaff scat. Painted decoration

Никаких надписей и дат на донцах этого чина не встречается. Местом производства расписных донцев является Нижегородская губерния.
Заключая свое описание отдельных типов прялок и донцев, которые я считал возможным на основании многочисленных музейных материалов и довольно бедных этнографических данных выделить и обозначить наименованиями, я должен сказать несколько слов по поводу тех прялок и донцев, которые остались, неподведенными ни к одному из охарактеризованных выше типов, за пределами данного описания. Народное прикладное искусство всегда характеризуется известной более пли менее устойчивой традицией в области форм и декорации предметов бытовой обстановки, вместе с тем постоянно являет исследователю некоторое количество вещей данной категории, значительно уклоняющихся в форме и декорации от установившихся типов и представляющих собой продукт индивидуально-художественных стремлений отдельной личности. Такие «эпизодические» предметы в той пли иной группе вещей всегда немногочисленны и редко превосходят своими художественными качествами традиционно установившиеся типы. В формах и декорации этих предметов всегда наблюдается некоторое новаторство, стремление выйти из определенного круга прочных художественных традиций. Эти предметы, на мой взгляд, являются первичными показателями начала разложения общенародного творчества. Художественная индивидуальность их, еще достаточно тесно связанная с народными художественными навыками и приемами, не позволяет резко отмежевать эти произведения от народного искусства; но некоторая отчужденность их от художественных общенародных традиций и своеобразная оригинальность дают право исследователю выделить эту группу предметов данной категории из среды общих ярко и четко определившихся типов и рассматривать ее как известные естественные отклонения личного вкуса и приемов творчества. В числе деревянных прялок и донцев необходимо отметить некоторое количество таких эпизодических отклонений, в которых выражение личного вкуса берет верх над общенародной традицией. Эти прялки и донца личного вкуса и досуга нельзя подвести под установленные ранее типы. Вот небольшой перечень и краткое описание подобных предметов: донце (Исторический музей № 23775) украшено листьями аканфа в примитивной трактовке; резьба рельефная.
Донце (Исторический музей № 32055) скобчатой и контурной резьбы. Скобчатой резьбой изображены (в верхней части) двуглавый орел и горшок с ветвями. Контурной резьбой (в характере детских рисунков) изображены двухэтажный дом с полукруглыми окнами и четырьмя трубами, церковный купол, два городских фонаря, какой-то дачный павильон с террасой и т. д. Донца (Исторический музей №№ 30959, 4995) в виде человеческой фигуры; в оскаленный четырехугольником рот вставляется вертикальная часть. Одна из фигур представляет монаха; вместо креста на цепи висят часы; датировано 1823 годом. Донца производят отталкивающее впечатление своей неудачной конструкцией. Прялка резная (Исторический музей № 15849Ш) с изображением на лопаске женского лица.
Прялка резная (там же № 15847Ц) с расписной лопаской; столбикообразная ножка украшена кусочками набойки и цветной бумаги за стеклами. Прялка (Исторический музей № 42455). Вокруг всей лопаски и ножки вырезаны зубцы круглой формы; ножка прорезная; на донце (по обеим сторонам ножки) круглая скульптура—две фигуры сидящих собак.
Прялка архангсльско-вологодского типа. Роспись по дереву.
Прялка расписная с дощатой прорезной ножкой. (См. изд. Боборинского, вып. VII, табл. 99, №№ 15, 16). Прялка резная (Исторический музей № 15848Ш) с ярославской лопаской и тоном ножкой.
Прялка (Исторический музей №37978)
Резная, складная. На лопаске изображена Кузница, двое, двое молотобойцев. Низ лопаски украшен конскими головами. Часть ножки прорезная в виде четырех фигурных колонок.
Прялка расписная, с точеной ножкой и овальной лопаской (см. изд. Бобринского. вып. IX, табл. 120, №№ 8, 9).
Вот перечень прялок и донцев, по своей форме и декорации отличных от описанных типов, можно бы значительно увеличить, но и указанных примеров будет достаточно для того, чтобы иллюстрировать вышеприведенное замечание о предметах народного творчества, эпизодически отклоняющихся от общенародных и широко распространенных типов.

ВОПРОСЫ ХРОНОЛОГИ!
Предметы крестьянского хозяйства и быта, в формах и декорации которых богато и разносторонне выразилось народное искусство, представляют исследователю очень мало неоспоримых данных, по которым можно бы отнести тот или другой предмет к определенному времени. Зачастую нельзя вполне надежно определять формы и орнаменты народного бытового искусства даже такими огромными промежутками времени, как века; консерватизм технических приемов и традиционность изображении всегда могут обмануть исследователя.
Народное искусство, подобно обычаям и обрядам, зарождается, течет и претерпевает формальные изменения крайне медленно, с великой постепенностью, и основной формальный характер его теряется в глубокой древности. Обозначить на этом формальном фоне искусства те точные и четкие признаки, которые позволили бы датировать народное искусство хотя бы по полустолетиям, есть необходимейшая и сложная задача будущей истории русского народного бытового искусства. В настоящее время при ее беднейшем, неразвитом состоянии исследователь какой-нибудь одной группы предметов народного быта и искусства не может с достаточной полнотой и надежной точностью установить желательную ему хронологическую постепенность в развитии форм и декораций того или иного предмета.
Обращаясь к ближайшей задаче хронологического определения прялок, следует заметит!) следующее. Несомненно, русской народной ручной прялке много веков и она издавна сопутствует крестьянской хозяйственной жизни. Но очень отдаленная глубина времени нам недоступна как по полному отсутствию соответствующего бытового материала, так и каких-либо документальных сведений о нем. Собирание предметов народного быта и искусства вряд ли насчитывает в России век своего существования. Собрания народных бытовых древностей последних десятилетий XIX века и первых десятилетий XX века сохранили крестьянский хозяйственный инвентарь главным образом XIX века. Поэтому можно с большой долей вероятности утверждать, что большинство русских народных ручных прялок, сохранившихся в музеях и частных собраниях, должны быть отнесены именно к этому веку. Уже XVIII век представлен в этих собраниях весьма бедно, что же касается XVII века, то о нем можно только гадать.
Если мы обратимся к случайным цифровым датам, вырезанным или написанным на русских народных ручных прялках, то они укажут нам именно такую картину: большинство датированных прялок относится к XIX веку и незначительная часть — к концу XVIII века. Среди прялок и донцев, осмотренных мною в указанных музеях в количестве более семисот экземпляров, я нашел 59 прялок и донцев, датированные вырезанными или написанными цифрами (27— ярославско-костромских, 9 — поморских, 4 — вологодских, 2— ярославских, 1—архангельско-вологодская, 1—мезенская, 2 — эпизодического характера; 10 донцев выемчато-трехгранной резьбы, 1—эпизодического характера и 2 — скобчатой резьбы с инкрустацией). Из этих дат 8 приходится на конец XVIII века и 51—на XIX век. Указать среди недатированных прялок на более древние и менее древние экземпляры—задача почти не разрешимая; можно лишь проблематически предполагать присутствие прялок древнейших, нежели крайний год даты, учитывая долго живущую и народном искусстве традицию изображений и характер техники. Одна и та же декорация на двух прялках может быть исполнена в один год и может иметь разницу в возрасте чуть не в столетие. Чтобы сделать наглядным этот факт, которым необходимо постоянно считаться, сошлюсь на некоторые характерные примеры, прекрасно подтверждающие это положение.
Среди всех осмотренных мной в разных музеях прялок ярославско-костромского типа я отметил 27 прялок, имеющих цифровую дату. Считаю не лишним подтвердить, что все нижеуказанные даты входят в декорацию лицевой стороны ярославско-костромской прялки как элементы композиции (цифрами заполняется пространство между участками контурной резьбы), по своему начертанию вполне
согласуются со стилем времени и не возбуждают никаких сомнении в своей подлинности.
Годы эти располагаются в таком порядке
1798, 1812, 1821, 1821. 1824 1827 1830 1836, 1837, 1841, 1843, 1845. 1846,1849,'
1850, 1850, 1852, 1852, 1857. 1859 1861 1868, 1874, 1876, 1882. Таким образом представляется возможность проследить эволюцию формы и декорации ярославско-костромской прялки без малого за целое столетие: за 84 года. Но художественно-стилистический анализ не найдет для себя необходимого материала: прялка датированная 1798 годом, ничем существенно не отличается от прялки с датой 1882 года. Совершенно та же форма та же техника и та же декорация не дают возможности указать характерных разграничительных признаков. Некоторые изменения претерпевают лишь незначительные эпизодические детали декорации, причем изменения эти имеют случайный и невыразительный характер, консерватизм народного искусства сказался здесь со своей обычной силой. Другой пример еще раз подтвердит то же самое положение. Среди донцев геометрической резьбы выемчато-трехгранной техники я нашел К) донцев, отмеченных годом. Годы эти захватывают то же 84 года и располагаются в следующем порядке: 1783, 1788, 1788, 1792, 1794, 181 1813, 1840, 1850, 1867. 11 в этом случае повторяется прежняя картина: донце 1783 года ни формой, ни художественными ми элементами резьбы, ни техникой ее не отличаются от донца, сделанного на 84 г да позднее. Из приведенных фактических данных видно, что определить возраст каждой отдельной прялки, если на ней не имеется какого-нибудь случайного очень яркого признака иконографического, палеографического или эпиграфического характера, невозможно. Все, что может сейчас сделать исследователь народных прялок в области хронологий, это попытаться наметить, на сколько это позволяют материалы, хронологическое соотношение отдельных типов прялок.
Как мы только что видели на приведенных выше датах, типы прялок и донцев держатся чрезвычайно устойчиво: столетие почти не изменяет их. Это наблюдение необходимо постоянно иметь в виду при определении возраста отдельных типов. В дальнейшем изложении я располагаю типы прялок и донцев в хронологическом порядке, отправляясь от наиболее древних типов к менее древним. Вологодский тип русской деревянной ручной прялки следует считать древнейшим по времени возникновения, далеко уходящим за пределы хронологических цифровых данных, представляемых прялками.
В пользу такого предположения говорит сама форма вологодской копылы, простейшая по отношению ко всем другим: доска, опирающаяся на ножку (столбообразную или широкую и плоскую), образовавшуюся благодаря боковым вырезам из той же основной доски-копылы. Все последующие типы прялок (за исключением прялок, имеющих своим прообразом вологодскую, как, например, архангельско-вологодские копылы или прялки мезенского типа) имеют более пли менее развитую форму, усложненную прорезной или точеной ножкой, составленную из нескольких отдельных частей, имеющую фигурный очерк лопаски и т. д. Вологодская прялка в основной своей форме наиболее примитивна и имеет вид простой рабочей лопаты. Если мы обратимся к резной декорации вологодской прялки-копыла с ее подчас чрезвычайно мощным, богатым и красивым обликом, то увидим в ней наиболее древний строй народной орнаментики. Выемчато-трехгранная резная техника, которой исполнена геометрически-символическая декорация прялок вологодского типа, принадлежит к наиболее раннему виду народной резьбы и отнюдь не может быть поставлена по своей примитивности в один ряд с позднейшими, развитыми видами резьбы, какими являются: например, резьба рельефная или скобчатая с инкрустацией.
Мотивы резьбы (главным образом круг-розетка как древний солнечный символ) относят образование вологодской копылки в очень давние века, когда отмеченные однородные орнаментальные элементы были свойственны в равной доле народным искусствам славян, германцев, скандинавов. Истоки этой орнаментации уводят нас ко времени великого переселения народов.
Полное отсутствие иконографических изображений (за исключением более поздних вологодских копыл с растительным орнаментом или петухами на лопатах) и сравнительно небольшое количество сохранившихся до нашего времени характерных экземпляров этого типа подтверждают правильность отнесения вологодского типа народной ручной прялки в очень глубокую древность. Мы не обладаем фактическими данными, которые позволили бы указать существование вологодской копылы в определенно давнем веке, но склонны думать, что этот тип народной прялки пережил, быть может, не одно столетие, прежде чем появились более сложные и развитые типы прялок XVII, XVIII и XIX веков.
Донца выемчато-трехгранной резьбы имеют наиболее раннюю вырезанную дату— 1783 год. Время этой даты, разумеется, нужно считать значительно позднейшим временем распространения этих донцев. Принимая во внимание их древнюю по мотиву и складу орнаментацию (тождественную декорации вологодских копыл) и долгую традицию народных форм и орнаментов, мы будем в праве отнести первоначальное формирование этих донцев также за пределы всех имеющихся у нас дат и считать их если не ровесниками вологодских резных прялок, то ближайшими преемниками геометрически-символических узоров, присущих наиболее древнему типу народной прялки. Вероятнее всего, что они несколько моложе, ибо представляют цельную древнюю прялку уже в расчлененной конструкции, когда донце может служить одновременно нескольким вертикалям: гребню, прялке и швейке. Мезенский тип северной прялки, являющейся, как и архангельско-вологодские расписные прялки, вариантом основного типа вологодской резной копылы, сохраняет в своей оригинальной каллиграфически-расписной декорации очень глубокие и таинственные традиции характерных узоров. Проследить их истоки — увлекательная и ответственная задача будущего; сейчас для этого нет никаких решительно фактических данных; мы можем только констатировать хронологическую глубину этой орнаментации и относить ее первоначальное появление в крестьянском бытовом искусстве к очень глубокому прошлому. Прялка как крестьянский бытовой предмет представляется значительно более молодой, нежели покрывающая ее древняя декорация, которая, сохранив свой характерный стиль преемственно в ряду неизвестных нам памятников, могла украшать лопаску мезенской прялки и в сравнительно уже позднее время. Ярославский тип русской деревянной ручной прялки, представляющий уже характерные влияния чисто великорусской среды, нужно считать так же достаточно древним, хотя и несомненно позднейшим по отношению к вологодскому типу. За его позднейшее возникновение говорит и более сложная (составная) форма прялки и новый, более сложный и тонкий, характер резьбы. Резная декорация прялок ярославского типа еще далека от иконографических жанровых прялочных изображений XVIII века и состоит, как и в древних вологодских копылах, из элементов геометрической резьбы. Но геометрический орнамент становится несколько бедней в своих вариантах, благодаря отсутствию больших плоскостей, и уступает место технике сквозных прорезей архитектурного склада, которыми обильно декорирована ножка-столбец ярославской прялки.
И облике ярославской прялки нужно отметить эту очень типичную для нее архитектурность форм (колонки, арки, оконца, ширинки), определенно и ярко напоминающую декоративные черты ярославского церковного зодчества XVII века. Общая дробная узорчатость, даже, пожалуй, переукрашенность мелкими резными деталями ярославской прялки еще более усиливает это напоминание и дает некоторые устойчивые и твердые основания для определения времени формирования прялок этого типа XVII веком. Донца скобчатой резьбы с инкрустацией имеют в технике и декорации более определенные черты, позволяющие точнее обозначить время их возникновения. Техника этих донцев — скобчатая резьба с инкрустацией — свидетельствует о рождении типа донцев в послепетровское время, когда народные художники уже познакомиться с голландскими образцами ми инкрустированной резьбы (столовая и другая мебель) во множестве завезенными в Россию.
Анализ иконографических изображений — елизаветинские кареты, петровские камзолы, треуголки (см. подробную характеристику при описании донцев типа)—не позволяет отнести их к веку и довольно точно указывает логическую дату для них — первую половину XVIII века. Ярославско-костромской тип народных ручных прялок может быть с достаточной определенностью отнесен в своем виде ко второй половине XVIII века Выше уже приводились цифровые даты этого типа прялок и ими фактически подтверждался консерватизм формы и традиции бытовых предметов в народном искусстве. Наиболее ранняя дата известная —1798 год, — дает нам ярославско-костромскую прялку уже в виде законченной и по форме, и по декорации и по технике. Даже и на основании этой даты, принимая во внимание ycтойчивость типа, доказанную последующими датами на протяжении 84 лет, не внес в этот тип прялки почти никаких cyщественных изменений, мы могли бы отнести образование ярославско-костромской прялки к середине XVIII века. Но мы не имеем в технике и декорации этого типа и еще доказательства, подтверждающего правильность этого хронологического распределения. Стройность и изящество общей формы прялки, даже некоторая ее вычурность, сравнительно с вологодскими и ярославскими прялками, тонкие прорези в фигурной лопаске; контурная резьба как наиболее сложный и развитой вид народной резной декорации, пригодный для изображения мотивов архитектурного, растительного характера и человека ряд характерных иконографических данныхных (предметы домашней обстановки: столики, самовары, часы, костюмы) — все эти признаки в их совокупности дают возможность отнести формирование прялки ярославско-костромского типа ко второй половине XVIII века, в то же время определенно не позволяя отнести ее образование к более раннему, допетровскому времени.
Архангельско-вологодский тип расписных копыл имеет по форме большое сходство с вологодским типом резных копыл и, несомненно, пришел на смену последнему уже в позднейшее время. Форма этих двух типов прялок осталась почти та же, но декорация северной копылы резко изменилась: простейшая геометрическая резьба сменилась довольно сложной росписью, сохранившей в себе, как отзвук прежней декорации, довольно много геометрической орнаментации, но уже с подчиненным значением. Очень многие иконографические черты этой росписи и определяют архангельско-вологодские прялки серединой XIX века (пароходы, костюмы начала XIX века и т. д.), эти признаки не достаточно типичны для общей расписной декорации архангельско-вологодских копыл и могут служить показателями лишь позднейшего существования в крестьянском быту этого типа.
Поморский тип резных прялок с точеной ножкой следует считать возникшим позднее архангельско-вологодских копыл. Нужно признать, что северные резная и расписная копылы при всех их художественно-декоративных достоинствах, в домашнем хозяйственном быту представляли собой предметы несомненно очень неудобные, трудно сохраняемые; как уже было указано выше при характеристиках типов, эти прялки-копыла очень неустойчивы, громоздки и тяжелы. Поморская прялка стройнее и легче, сконструирована из трех составных частей (донце, ножка и лопаска), что даст возможность легко ее убрать при ненадобности. Это практическое преимущество поморской прялки нельзя забывать при определении времени ее возникновения. Более бедная декоративная обработка геометрической орнаментацией значительное разнообразие в вариантах лопаски, часто встречаемые прорези — все эти черты свидетельствуют о позднейшем времени появления этого типа прялок. Наконец, и точеная ножка подтверждает то же: техника точки, как известно, не свойственна более древним народным деревянным изделиям.
Цифровые даты поморских прялок указывают на середину и вторую половину XIX века. Все эти данные дают возможность отнести возникновение поморского типа прялок к началу XIX века. Тверской тип прялки, донца контурной резьбы и расписные принадлежат к XIX веку во всей его протяженности и отнести их к более раннему времени пока нет фактических оснований. В заключение этой хронологической классификации считаю необходимым добавить следующее: традиции народного искусства настолько живучи, формальная сторона его так медленно изменяется, что вышеприведенная классификация нисколько не будет нарушена в своих основных и главных чертах, если в дальнейшем представятся неоспоримые фактические данные, уточняющие образование некоторых из описанных выше типов прялок и донцев.
1916—1920 гг. Публикуется впервые. Частично напечатана в брошюре «Народная резьба» (Госиздат, 1925) и статье «Нижегородские донца» («Среди коллекционеров», 1922, № 9).

 


 

Реклама :

                            Сайт музея мифов и суеверий русского народа      

Все опубликованные материалы можно использовать с обязательной ссылкой на сайт:     http://sueverija.narod.ru  

Домой   Аннотация   Виртуальный музей   Каталог   Травник   Праздники   Обряды   Библиотека   Словарь   Древние Боги   Бестиарий   Святые   Обереги   Поговорки  Заговоры  Суеверия  Как доехать

   152615 Ярославская обл. город Углич. ул. 9-го января д. 40. т.(48532)4-14-67, 8-962-203-50-03, 8-905-134-47-88

Гостевая книга на первой странице                                                                                      Написать вебмастеру                

Hosted by uCoz